Книга Бывшие. Сын для чемпиона, страница 71 – Анастасия Градцева

Она опять выставляет меня виноватой. На этот раз перед Вадимом.

Он морщится и говорит:

— Мам, нам скоро ехать. У нас фотосессия и интервью будет. Мы потом еще к тебе на подольше заедем, сейчас никак.

— Альбомы тогда мне дай, — командует Ольга Викторовна, кивая на тяжелый сервант в углу. А потом переводит взгляд на Даню. — Данилка, хочешь на фотографии своего папы посмотреть, когда он был маленьким?

«Не хочет», — едва не срывается у меня с языка.

Но Даня быстро и застенчиво кивает.

— Пошли со мной, — тихо шепчет он мне.

И я иду.

Даня с опаской садится сбоку от Ольги Викторовны, я сажусь рядом с ним, стараясь смотреть куда угодно, но только не в эти дурацкие альбомы.

Но не получается.

Там на цветных фото маленький Вадим — с круглыми щеками и озорными глазами-вишнями. От одного кадра особенно сжимается сердце, потому что у меня есть похожая фотография Даньки: они даже стоят в одинаковой позе и с одинаково застенчивой улыбкой. От страницы к странице в выражении лица Вадима появляется больше самоуверенности, черты лица заостряются, а губы складываются в ту самую наглую ухмылку, которая когда-то перевернула всю мою жизнь.

На фотографиях мелькают золотые и серебряные медали, кубки, какие-то статуэтки… Ни одной фотки без награды.

— Вот каким должен быть настоящий спортсмен, — гордо говорит Ольга Викторовна, любовно поглаживая страницу альбома. — Все-таки не зря я прожила жизнь: такого чемпиона вырастила.

Даня завороженно разглядывает фотографии молодого Вадима.

— Я тоже хочу быть чемпионом, — выдыхает он.

— Разве что по шахматам, — отмахивается Ольга Викторовна. — Для спорта ты хиловат, Данилка. Есть надо больше. Вот ты манную кашу по утрам кушаешь?

— Хватит!

— Мама!

Мы с Вадимом это произносим одновременно.

Даня поднимает на нас растерянные голубые глаза.

— Я не ем манную кашу, — бормочет он.

— Правильно, — кивает Вадим и протягивает Дане руку, поднимая его с дивана. Подальше от своей мамы. — Завтрак должен быть с белками и жирами, а в манке одни углеводы. У тебя устаревшие сведения, мам.

— Или маразм, — громко говорю я.

— Мам, а что такое маразм? — шепотом спрашивает Даня.

Ольга Викторовна багровеет.

— Сынок, — цедит она. — Надеюсь, ты научишь свою новую жену хорошим манерам. У меня в свое время не вышло, но, может, у тебя получится? Конечно, не всем дано быть такими воспитанными и образованными, как Таечка, но должны же быть какие-то пределы.

— Кто такая Таечка? — снова шепотом интересуется Даня.

— Моя бывшая жена, — отвечает Вадим ледяным тоном. — Потом объясню, если захочешь. Поехали. Нам пора.

В коридоре мы обуваемся молча.

Вадим поддерживает меня за локоть, пока я надеваю балетки.

— Приезжай еще, Данилка, — кричит Ольга Викторовна из комнаты. — С папой приезжайте.

— Я тоже приеду! — злорадно кричу я ей. — Спасибо за приглашение!

В ответ звучит какой-то невнятный хрип.

Искренне надеюсь, что она захлебнулась своим собственным ядом.

Это был бы с ее стороны лучший подарок на нашу фиктивную свадьбу.

Глава 21.

Вадим

Сегодня тяжелый день.

Свадьба, поездка к маме, интервью эти… А вечером еще тренировка, которую нельзя пропускать.

На тренировке я говорю команде, что Данил — мой сын.

Многие мальчишки и так уже знают это из интернета, поэтому скрывать нет смысла. Но я сразу объясняю им, что фамилия «Ардовский» на майке не означает никаких привилегий для Данила.