Книга Бывшие. Сын для чемпиона, страница 69 – Анастасия Градцева

— Мне плевать.

— На себя плевать, не сомневаюсь. А на Данила?

— Какой же ты мудак, — бессильно шепчу я. — Знаешь, куда бить.

— Поля. — Вадим тяжело вздыхает. — Я пытаюсь, как лучше. Правда. Но ты все ломаешь. Представь, что я бы тебе запретил показывать сына твоей маме. Как бы ты себя чувствовала?

Я молчу.

У меня не осталось убедительных аргументов.

— Вадим, если тебе хоть чуть-чуть не плевать на меня, если тебе меня жалко, если я для тебя не пустое место, — шепчу я умоляюще. — Поверь мне. Поверь, пожалуйста! Она хотела, чтобы Даня никогда не рождался. Она довела меня до истерики, я едва не бросилась под машину после разговора с ней. Поверь мне.

На мгновение лицо Вадима вздрагивает, но тут же становится каменным. Ни капли сочувствия.

— До истерики ты и сама себя прекрасно доводишь. У тебя расшаталась психика, но это неудивительно. Ты столько лет тянула сама и ребенка, и работу. Если хочешь, найдем тебе врача. Поедешь в санаторий, на море — куда захочешь. Но с моей мамой Данил будет видеться. Это не обсуждается. С тобой или без тебя.

— Ты… — Я хочу сказать, что он ребенку никто, но это уже неправда.

У Вадима теперь есть не только обязанности по отношению к Дане, но и права. Он законный отец.

Я сама дала ему в руки оружие против себя.

Я опять сама во всем виновата.

— Одного я его там не оставлю, — бесцветно говорю я. — Но и простить тебе это не смогу никогда.

Вадим пронзает меня ледяным взглядом.

— Переживу. Поехали.

Дорога туда ощущается как дурной сон.

Меня подташнивает, я крепко держу за руку сына, как будто кто-то может его у меня отобрать. Даня удивленно на меня косится, но ладошку не убирает.

Он сейчас разрумянившийся, сытый и веселый, как наигравшийся вдоволь щенок. У него все хорошо.

Я не могу ему ничего сказать, чтобы не напугать. Но я буду рядом.

Даже если мне физически противно находиться рядом с этой женщиной.

Когда мы выходим из машины и я вижу тот самый подъезд, на меня вдруг накатывают и другие воспоминания. Первая встреча с Вадимом, вот эта облупившаяся стена, у которой он меня всегда ждал после занятий, все та же лавочка…

Ох.

Этого слишком много для меня сейчас. Слишком.

Вадим прикладывает ключ к домофону, открывает дверь и пропускает нас вперед.

Знакомые ступеньки кажутся дорогой в ад.

Дверь в квартиру тоже отпирает сам Вадим, входит первым и громко говорит:

— Мам, мы приехали!

Раздается странный шорох, и в коридор выкатывается инвалидная коляска. На ней Ольга Викторовна. Она очень постарела: лицо совсем обвисло, и вся она как-то скрючилась.

— Здравствуй, Полиночка, — ласково говорит она и смотрит прямо на меня. — Очень рада тебя видеть.

Я боялась, что умру от ужаса, увидев маму Вадима в той самой квартире, где все случилось. Боялась, что меня накроет событиями прошлого и начнется паническая атака, но этого не происходит.

Даже наша давняя встреча в супермаркете, когда Ольга Викторовна еще ходила на своих ногах, зацепила меня гораздо больше, чем сейчас.

Сейчас я просто холодно ее рассматриваю, не отвечая на фальшивое приветствие. Внутри меня пустота. Я больше не ощущаю страха — только гадливость. Как будто увидела неприятное насекомое.

— Удивила ты нас, конечно. Умудрилась так долго скрывать от нас этого замечательного мальчика, — сладким голосом продолжает Ольга Викторовна, разглядывая сквозь очки Даню. — Надо же, вот ни капли на Вадика не похож. Кто бы мог подумать. Иди ко мне, внучок. Обними свою бабушку.