Книга Девочка, ты попала!, страница 8 – Рина Фиори

Я не собиралась мучить парня бесконечным ожиданием, но то, как он решил раскрутить меня на близость, низко и мерзко.

Ближе к полуночи украдкой покидаю комнату.

Мне дико хочется в туалет, а санузел только на первом этаже.

И я очень надеюсь, что не наткнусь на Платона.

Идеально, если парень уже спит.

Тихо ступая по скрипучим половицам, я пробираюсь вдоль стены, стараясь не привлекать внимания. Дом погружен в тишину, нарушаемую лишь легким потрескиванием дров в камине. На втором этаже царит полумрак, лунный свет едва пробивается сквозь щели в шторах.

С каждым шагом сердце бьется все сильнее. Платон – это не тот человек, с которым хочется пересекаться в ночной тиши. Его пронзительный взгляд, будто сканирующий душу, заставляет чувствовать себя неловко и уязвимо.

Наконец, я добираюсь до лестницы. Осторожно, ступенька за ступенькой, спускаюсь вниз. Кажется, будто каждая половица издает оглушительный скрип. Внизу темно, лишь слабый свет пробивается из-под двери кухни.

Сердце замирает. Неужели он там? Стараясь дышать ровно, я прокрадываюсь к заветной двери санузла. Рука тянется к ручке, и я замираю в нерешительности. Ну же, действуй!

Резким движением открываю дверь и быстро ныряю внутрь, захлопывая ее за собой. Уф, пронесло!

Прислонившись спиной к холодной плитке, я прислушиваюсь.

Тишина. Лишь приглушенный гул в ушах и бешеное биение сердца.

Наверное, это был самый напряженный момент за всю мою жизнь.

Зачем мне все это? Почему я не могу просто жить, как нормальные люди?

Но нет, меня всегда тянет в пучину приключений, будто я самый настоящий магнит для неприятностей.

И вот я здесь, в чужом доме, посреди ночи, прячусь в ванной комнате.

Включаю слабый свет над зеркалом. В тусклом отражении вижу перепуганное лицо с расширенными зрачками. Нужно успокоиться.

Сделав свои дела, так же осторожно выхожу из ванной комнаты.

— И кто это тут бродит по дому посреди ночи? – низкий мужской голос застает меня врасплох.

Платон. Я все-таки нарвалась на старшего брата своего парня, хотя очень не хотела этого.

Я замираю, словно олень, попавший в свет фар. Сердце бешено колотится, готовое выпрыгнуть из груди. В полумраке коридора вижу его силуэт, высокий и внушительный.

Даже в темноте чувствуется его пронзительный взгляд, от которого мурашки бегут по коже.

— Я… э… просто не могла заснуть, – запинаюсь, стараясь говорить как можно увереннее. – Пошла выпить воды.

Парень не отвечает, лишь медленно приближается. Каждый его шаг отзывается гулким эхом в тишине ночи. В свете луны, проникающем через окно, вижу, как играют тени на его лице, делая его черты еще более резкими.

— Воды, значит, – тянет Вознесенский, обжигая меня своим взглядом. – В туалете, – добавляет насмешливо. В его голосе слышится что-то, чего я не могу понять. То ли ирония, то ли скрытая угроза. – А я думал, тут кто-то планирует побег.

Я чувствую, как краска заливает мое лицо.

Побег? Что он имеет в виду?

Неужели он знает о моем разговоре с Андреем, о той тревоге, что терзает меня весь вечер?

Глупости! Этого не может быть. Не телепат же он.

— Побег от чего? – наконец, выдавливаю из себя, стараясь, чтобы голос звучал ровно и спокойно. – Я никуда не собираюсь бежать.

Платон усмехается, и эта усмешка кажется мне зловещей. Делает еще один шаг вперед, сокращая расстояние между нами до минимума.