Книга Девочка, ты попала!, страница 11 – Рина Фиори

После завтрака убираю за собой со стола.

— Может, ты позвонишь куда-нибудь и узнаешь, можно ли выбраться отсюда и вернуться в город? – спрашиваю осторожно, забирая у Платона чашку и принимаясь ее мыть.

Мама всегда учит меня: мужчины любят, чтобы за ними ухаживали. Подай-принеси и все-такое.

Мне такое претит, папа в итоге себе даже ложку подать не в состоянии, если мама забудет. Одно дело, если человеку действительно необходима помощь, и другое – подлизываться без повода.

Но сейчас я это оружие пытаюсь использовать против Платона. Сама убираю со стола, мою за парнем посуду, перекладываю булочки с противня, чтобы не заветрились, в пакет.

— Так не терпится избавиться от меня? – ощущаю его горячие ладони на своей талии.

Интересно, если скажу, чтобы убрал руки, послушает меня?

Мне уже начинает казаться, что я медом намазана, а Платон, как назойливая муха, так и липнет, так и липнет.

— Признавайся, ты поцарапала мою машину? – резко разворачивается меня лицом к себе. Зло прищуривается и одним легким движением от раковины переставляет меня в угол.

Упирается ладонью в стену рядом с моим пылающим лицом.

Киваю в ответ. А что я могу?

Признаваться в том, что это сделал его брат, нельзя.

Опасно. Вдруг, Платон и в самом деле не в себе?

— Что ж, раз так, то это очень хорошо, что мы здесь с тобой застряли, – обводит взглядом помещение, в котором находимся. – Не вижу смысла куда-то звонить, кого-то вызывать… – тянет, плотоядно улыбаясь.

— Почему? – спрашиваю испуганно, не решаясь даже взгляд поднять.

— А сама как думаешь? – бесцеремонно проводит костяшками пальцев по моей щеке.

Сердце колотится, как пойманная птица, готовое вот-вот вырваться из груди.

Я чувствую, как кровь приливает к лицу, а в животе зарождается леденящий страх. Его близость обжигает, а взгляд проникает в самую душу.

Что он задумал?

— Ты думаешь, я просто так это оставлю? – шепчет, склоняясь к моему уху. Горячее дыхание опаляет кожу, заставляя меня невольно вздрагивать. – Нет, дорогая. За все нужно платить.

Он отстраняется и, не сводя с меня взгляда, медленно расстегивает верхнюю пуговицу своей рубашки. Я замираю, не в силах пошевелиться. Он, словно хищник, наслаждается моей беспомощностью, предвкушая будущую жертву.

— У тебя есть два варианта, – произносит, все так же плотоядно улыбаясь. – Либо ты платишь за ремонт машины деньгами, которых у тебя нет, либо… ты расплачиваешься другим способом. Выбор за тобой, девочка.

Платон

— У тебя есть два варианта, – произношу, хищно ухмыляясь. – Либо ты платишь за ремонт машины деньгами, которых у тебя нет, либо… ты расплачиваешься другим способом. Выбор за тобой, девочка.

С упоением наблюдаю за тем, как меняется взгляд девушки.

Тоня не просто удивлена. На ее лице застыл самый настоящий шок.

Малышка хлопает густыми ресницами, открывает безмолвно ротик и тут же захлопывает его обратно, так ничего и не сказав.

— Так что скажешь, крошка? Моя спальня наверху очень уютная, а кровать просто фантастических размеров, – хвастливо выдыхаю, из последних сил сдерживая себя от того, чтобы не расхохотаться. – Поднимемся? – подмигиваю самым пошлым образом.

— Я не могу так… – лепечет, а по щеке вдруг скатывается крохотная слезинка.

Да уж, кажется, я перегнул с шуткой.