Книга Дочери маяка Птичьего острова, страница 26 – Кристи Барлоу

Платье застряло на груди. Дилли дернула сильнее, и ткань с громким треском порвалась. Она с досадой сняла испорченную вещь и уставилась на зияющую дыру.

Дилли ругала себя за то, что так раскисла после истории с Джайлсом. Она не помнила, когда последний раз готовила нормальную еду. Впрочем, уже поздно сожалеть о нездоровом образе жизни – за оставшиеся двадцать минут лишние килограммы не сбросить.

Запищала духовка, напоминая, что время стремительно тает, а растерянная Дилли все еще была не одета. Она предпочла удобный вариант – мягкие, не слишком обтягивающие брюки и нарядная кофточка. Не сногсшибательно, как хотелось бы, но она обязательно купит новую одежду и сядет на диету прямо сейчас… ну или завтра (не пропадать же шоколадному рулету, припасенному на десерт). Пройдясь щеткой по волосам, Дилли залюбовалась своим отражением – она загорела, а после вчерашнего рисования на пляже на носу высыпали веснушки. В общем, все не так уж плохо…

Духовка настойчиво пищала, и Дилли поспешила на кухню, где, надев прихватки, проверила запеканку. Удовлетворенная результатом, убавила температуру и принялась тушить стручки и разогревать фасоль в томатном соусе. Она даже успела налить себе любимого вина и сделать глоток, прежде чем в дверь позвонили. Отставив бокал, Дилли побежала открывать.

По другую сторону двери стоял Макс.

— Привет. – Радостно улыбаясь, он протянул бутылку. – Я не знал, какое ты любишь – красное или белое. Выбрал белое.

Дилли впустила гостя и была приятно удивлена, когда Макс поцеловал ее в обе щеки. Она мгновенно уловила знакомый аромат – тот же одеколон, которым он пользовался много лет назад. На секунду зажмурившись, Дилли позволила себе погрузиться в воспоминания, а когда открыла глаза, увидела озадаченного Макса.

— Прости, задумалась, – улыбнулась она. – Ты ведь и раньше носил этот одеколон?

— Верно. Поразительная память, – ответил Макс. – А это тебе.

В другой руке он держал коричневый бумажный сверток. Дилли сразу узнала фирменную упаковку и наклейку с названием «Лавки сказок» на Лайтхаус-лейн.

— Это один из моих любимых магазинов.

— «Лавка сказок» – это нечто! Я не хотел оттуда уходить. Для начала осмотрел раздел путешествий, помечтал об Италии, потом забрел в «классику», увидел на полке с искусством вот это и сразу подумал о тебе. – Макс протянул ей книгу.

Быстро разорвав бумагу, Дилли ахнула.

— Неужели ты помнишь? – Она держала в руках «Дух искусства» Роберта Генри – книгу, произведшую на нее огромное впечатление. – «Классическое издание советов и критических отзывов, источник вдохновения для истинных ценителей искусства», – прочла она на обороте.

— Истинный ценитель – это ты, – тепло сказал Макс, глядя ей в глаза. – У тебя, наверное, уже есть такая.

Дилли с улыбкой покачала головой.

— Нет, хотя это одна из моих любимых книг. – Она машинально подалась вперед и поцеловала Макса в щеку, на мгновение задержавшись, чтобы еще раз вдохнуть до боли знакомый аромат, неожиданно всколыхнувший столько воспоминаний. Когда она медленно отстранилась, сердце ее билось чаще. – Замечательный подарок. Спасибо.

— Я рад, что тебе нравится.

— Очень. Я буду дорожить этой книгой. Проходи. Налить тебе чего-нибудь?

Миновав галерею, они поднялись по винтовой лестнице с коваными перилами в гостиную. Макс удивленно застыл.