Книга Обожженные изменой. Право на семью, страница 85 – Виктория Волкова

Украдкой кошусь на Криницкого. Мрачный, набычившийся, он что-то читает в телефоне. Тренировочные штаны, куртка, под ней видавший виды свитер. Хорош жених! И невеста в спортивном костюме!

Ну кто так замуж выходит?

Отворачиваюсь к окну, пытаясь успокоиться. Надо взять себя в руки и разложить все Степану по полочкам. Надеюсь, он меня услышит. Бракосочетание у нас с ним одно. Все остальные церемонии ни в счет. Главное – когда мы поставим свои подписи в книге регистраций и станем мужем и женой.

Ну неужели он не понимает?

Гормоны берут свое. Не хочу, но плачу, как маленькая. Просто беззвучно глотая слезы от великой обиды. Даже глаза не вытираю. Боюсь, что Степан заметит и будет скандал. Он же руководствуется проблемами безопасности. А я… в конец расстроилась.

— Посмотри на меня, - тяжелая рука мужа опускается мне на колено. – Ира…

Поворачиваюсь, по-дурацки шмыгая носом. И сама себе противна за эти слезы, за глупое выражение лица. Умом же все понимаю. Но не хочу я так. Не хочу!

— Если я добуду тебе белое платье и фату, ты согласишься? – бурчит недовольно. Грубовато, чуть по-медвежьи, стирает тыльной стороной ладони слезы с моих щек. Прижимает меня к себе, целует в лоб, будто печать ставит. А затем, не выпуская меня из объятий, надиктовывает указания брату.

— Так… Юра… Нужно Ире белое платье, мне костюм. Сними номер в гостинице рядом с ЗАГСом. Туда выпиши всех этих мастеров красоты… Кто тебе понадобится, Ирочка? – поворачивается ко мне.

И в этот момент я готова простить Степану все. Все его замашки биг-босса, все его решения, принятые единолично.

— Что значит, не получится? – бухтит Криницкий в трубку. – А ты постарайся. Это твой единственный шанс получить мое прощение. Ну как за что? За твои выходки… А-а… Испугался? Ну так штаны застирай и работай, - рычит муж, а я, опустив голову, улыбаюсь сквозь слезы. Представляю, как Юра, поджав хвост, бежит исполнять поручения брата.

— Все будет в лучшем виде, - целует меня в макушку Степан. – Все, как ты хочешь, Ирочка. Но только сегодня…

— Жаль папу с Борькой вызвать не удастся, - вздыхаю жалостливо.

— Почему это? – фыркает самодовольно Криницкий. – За твоим отцом, пока ты плакала у окошка, я уже отправил машину. Должны успеть. И Зорро предупредил. Но если этот чудак не успеет, я не расстроюсь.

— Вечно ты, - толкаю Степана локтем. – Надо вам помириться.

— Вот когда расскажет, кто меня заказал, тогда и наступит между нами дружба и вечная любовь. Я ему благодарен.. хмм… за многое, - осекается Криницкий.

Видимо, не хочет волновать. Но мне и так ясно, что сядь я в тачку Сохнова, сейчас в лучшем случае валялась бы на больничной койке. А в худшем, уже бы отпели давно.

— Их нашли? – прячу лицо на груди мужа.

— Да, конечно, - бодро заявляет он. – Все под контролем, Ирочка.

Большой загребущей рукой гладит по голове и басит мне прямо в ухо.

— Тебе лучше поспать. Клади голову мне на колени. Сейчас подушку достану, - тянется к задней полке. У нас тут и плед имеется.

— Сколько нам ехать?

— Да часа три, - косится на айфон Степа. – Поспи. Будем подъезжать, я тебя разбужу, - притягивает меня к себе. Устраивает в объятиях, словно в колыбели. Кладет руку на живот. – Нам, когда на скрининг, не помнишь?

— Не-а, - легкомысленно мотаю головой и лишь на секундочку прикрываю глаза. И распахиваю их, когда Криницкий легонько щекочет меня под ребра.