Книга Обожженные изменой. Право на семью, страница 118 – Виктория Волкова

Олег и Света. Вот кого я сто лет не вспоминала и еще столько же не видела!

— Привет, - киваю небрежно. И хочу пройти мимо, как Света мне перекрывает дорогу.

— Что ты тут делаешь? Или ты тоже у Криницкого работаешь? Вместе с Олегом? – охает она и, разозлившись, поворачивается к мужу. – А ты мне почему не сказал?

— Света, прекрати, - шипит на жену Олег. – Не позорься. Я не знал, что она будет здесь… Я же не виноват…

— До свидания, - улыбаюсь светски. Влетаю в зал, а сзади неугомонную парочку оттирает от меня охранник.

— Да я все про тебя знаю! – пытается оббежать его Света. – Не смей даже близко подходить к моему мужу. Шалашовка хренова. Иначе я самому Криницкому нажалуюсь. Выпрет тебя в два счета. Мой отец с ним дружит…

— Света, успокойся, пожалуйста, - повторяет как заведенный Олег. Но поздно.

— Я все слышал, - из полутемного зала выходит ко мне муж. Собственнически притягивает к себе и спрашивает в никуда. – Кто эти люди?

Парни из лички Криницкого моментально блокируют незадачливых супругов. А следом подбегает кто-то из персонала. И даже Юра торопливо спешит к месту ЧП.

-Это Олег Беспалов, наш юрист. С женой Светланой, - поспешно докладывает он. – Степа, мы его вместо Хомякова взяли. Полгода у нас работает.

— А ну я понял… - мгновенно вспомнив, морщится Степа и бросает лениво. – Уволь его, Юра. Сегодня. И чтобы я больше эту парочку рядом с моей женой не видел.

— Женой? – охает Светка, прикрывая ладонью рот.

— За что, Степан Александрович? – будто раненый вскрикивает Олег. – Я же ничего не сделал.

— Не терплю предателей в своем окружении, - веско бросает Криницкий. И не обращая внимания на скорбное лицо Олега, тянет меня к сцене. – Я выступать буду, а ты рядом постой, ладно?

— Это еще почему? – возмущаюсь порывисто

— Как это почему? – фыркает Степан. – Ты же мой талисман, Ира.

— Нет, я своих решений не меняю, - вздыхает в трубку Степан. – Ты со мной сто лет работаешь, Юра, - выговаривает он брату. – Да плевать мне на Золоторева, - цедит и, убрав от уха трубку, мажет взглядом по экрану. – Вот как раз он и звонит, - усмехается криво.

Весь вечер у меня из головы не идет отвязная парочка. Света сама себя наказала и Олега заодно. Так велико было желание унизить меня, так трусится она за свою семью, которая держится на слабом фундаменте папиной должности. А мне никогда в голову не приходило поинтересоваться, кто же он и чем занимается…

— Слушаю, Сергей Ильич, - излишне радушно тянет Степан в трубку. – С наступающим вас, всех благ!

— И тебя тоже, Степа! И всю твою семью. Но я звоню извиниться за дочку. Некрасивая история вышла. Но нервничала она. Ее муж с твоей пассией крутил раньше. Вот она и восприняла на свой счет. Решила, что эти двое неспроста встретились. Ей очень стыдно сейчас.

— И это правильно, Сергей Ильич! Вашей дочери должно быть стыдно, - жестко бросает Криницкий. – Светлана Сергеевна оскорбила мою жену. Прилюдно. Поэтому я счет невозможным продолжать сотрудничество с Беспаловым. И прошу вас пресечь дальнейшие инсинуации.

Голос мужа звучит спокойно и твердо. Никакого подобострастия или заискивания. Каким бы ни был большим человеком Светин отец, но Криницкий держит себя просто и с достоинством.

— Может, я что-то перепутал, но дочь утверждает что твоя Ирина не дает проходу Олегу. Вот она и сорвалась на празднике. Просит простить и понять…