Книга Адвокат для Демона, страница 47 – Аврелия Скай

— Посетитель? – я подняла бровь. – В Аду есть приемные часы?

— Теперь, видимо, есть, – Мелхиор выглядел растерянным. – Она говорит, что хочет подать жалобу. На бывшего мужа. За «систематическое уничтожение личного пространства путем чрезмерного контроля».

Я замерла.

— Мелхиор, – медленно произнесла я. – В Аду есть семейное право?

— Нет. Но она настаивает.

Я помолчала секунду. Потом расправила плечи.

— Ведите. Адвокат Маркова принимает клиентов. Даже в Аду. Особенно в Аду.

Посетительницу звали Лилит. Не та Лилит – просто тезка, как она торопливо уточнила. Она была невысокой демоницей с кожей цвета старой меди и двумя аккуратными, загнутыми назад рожками. На ней было что-то вроде платья из темной ткани, а в руках – свиток, исписанный мелким почерком.

— Мой муж, Бальтазар, – начала она, усаживаясь напротив меня за каменный стол архива. – Он командир третьей роты внешней стражи. Триста лет мы вместе. Триста лет он решает за меня: что носить, с кем общаться, куда ходить. Я терпела. Все терпят. Но когда Ваал пал и вы объявили реформу... – она подняла на меня глаза. В них горело отчаянное, хрупкое пламя надежды. – Я подумала: может, теперь можно не терпеть?

Я смотрела на нее. Демоница из Ада. С рожками. Пришла к земной адвокатше жаловаться на абьюзивного мужа.

Моя жизнь сделала полный круг.

— Лилит, – сказала я, доставая ручку. – Расскажите мне все с самого начала. И не торопитесь. У нас... – я посмотрела на багровое небо за окном, – ...у нас есть время.

К обеду (мне принесли что-то, похожее на темный хлеб и мясо, происхождение которого я предпочла не выяснять) у меня было уже четыре «клиента». Лилит с жалобой на мужа. Мелкий бес по имени Грок, которого Ваал лишил лавки за неуплату «налога лояльности». Пожилая демоница, чьего сына забрали в Палачи насильно. И молодой рогатый парень, который хотел... открыть пекарню.

— Пекарню? – переспросила я. – В Аду?

— Я пробовал вашу «пиццу», – пояснил он серьезно. – Посланники принесли кусок из вашего мира. Я хочу воспроизвести. Но Ваал запрещал любое предпринимательство. Говорил, что это «развращает дух».

— Знаете что, – я откинулась на стуле. – Пекарня в Аду. Почему бы и нет. Подайте заявку, я рассмотрю.

Ксандр вернулся ближе к вечеру. Он был грязный, в копоти и ссадинах, но глаза сияли. На южной стене обнаружились не только склады оружия, но и тюрьма, в которой Ваал держал политических заключенных. Ксандр освободил всех.

Он нашел меня в архиве, за столом, заваленным свитками и записками.

— Ты открыла адвокатскую контору в Аду, – констатировал он, глядя на очередь из демонов, тянущуюся по коридору.

— У меня сгорел офис в Химках, – я пожала плечами. – Нужно же где-то работать. Ксандр, ты знал, что здесь нет семейного кодекса? Вообще? Демоны женятся, заводят детей, но у них ноль правовой защиты.

— В Аду нет понятия «защита», Лена. Есть только сила.

— Была. Теперь будет закон.

Он смотрел на меня, и в его взгляде было столько всего – удивление, нежность, восхищение, – что мне стало неловко.

— Что? – буркнула я, краснея.

— Ничего, – он наклонился и поцеловал меня в макушку. – Просто думаю о том, что Агафья была гением. Она не просто оставила тебе Ад. Она оставила Аду тебя.

— Прекрати, – я уткнулась в свиток, пряча улыбку. – Иди лучше помойся. От тебя пахнет тюрьмой и героизмом.