Книга Виновница судьбы, страница 123 – Анастасия Чехова

Я усмехнулась, убрала телефон в сумку и поехала в кафе.

Внутри пахло свежим кофе и поджаренным тестом. Солнечный свет ложился на деревянные столы золотистыми полосами, а за окном текла обычная городская жизнь — люди спешили, кто-то смеялся, кто-то тянул за собой собаку на поводке, и всё это казалось удивительно обычным на фоне того, как заметно поменялась моя собственная жизнь.

Стелла уже ждала меня у окна. На ней было свободное светлое платье, волосы были собраны в небрежный хвост, а лицо — какое-то особенно мягкое во время беременности. Она подняла на меня взгляд, и в ту же секунду губы тронула лукавая улыбка.

— Ну, — протянула она, когда я села напротив. — У тебя лицо женщины, которая либо убила бывшего, либо влюбилась окончательно. Я очень надеюсь на второй вариант.

Я не удержалась и тихо рассмеялась. Официантка поставила передо мной холодную воду с лимоном, на стекле выступил мелкий конденсат. Я провела пальцами по бокалу, чувствуя, как внутри поднимается то самое волнение — уже не тревожное, а чуть смущённое.

— Всё уже серьёзно, — сказала я наконец.

Стелла замерла. Буквально на секунду. А потом её глаза расширились так, будто я только что сообщила ей нечто эпохальное.

— С этим мужчиной? — прошептала она, наклоняясь вперёд.

— Да.

Она откинулась на спинку кресла и прижала ладонь к груди.

— О боже, — выдохнула подруга с таким искренним восторгом, что я снова улыбнулась. — Ты сейчас серьёзно это сказала. Не «мне интересно», не «он хороший», не «посмотрим». А именно серьёзно.

— Именно так, — кивнула я, чувствуя, как во рту появляется вкус собственного волнения. — И знаешь, что самое странное? Там нет этой безумной ломки, к которой я привыкла. Нет качелей, нет страха, что меня сейчас то притянет, то ударит. С ним... спокойно. Но не скучно. Очень не скучно.

Стелла смотрела на меня почти растроганно.

— Ты светишься, Лэйн. Я это ещё в прошлый раз заметила, но думала, что рано давить. А сейчас вижу — всё, ты уже там.

Я отвела взгляд в окно. Солнце бликовало на капоте припаркованной машины, и этот свет почему-то казался таким точным отражением моего состояния — тёплым, ясным, без надрыва.

— Я не “там” в смысле потери головы, — сказала я тише. — И, наверное, именно это делает всё серьёзным. Я не тону. Я не пытаюсь сделать из него спасение. Мне с ним просто... хорошо быть. И после него мне не нужно восстанавливаться.

Стелла медленно кивнула.

— Вот это и есть здоровое, дорогая. Не когда тебя рвёт на части и ты называешь это любовью. А когда после человека у тебя внутри больше воздуха, а не меньше.

Я усмехнулась.

— Ты беременна и внезапно стала очень мудрой.

— Я всегда была мудрой, просто ты раньше была слишком в дерьме, чтобы это оценить.

Я прыснула от смеха, и напряжение окончательно спало.

Мы заказали обед. Для меня — салат с тёплой курицей, авокадо и апельсиновой заправкой, для неё — пасту и лимонад. Пока ждали заказ, я рассказала ей про наши встречи. Не в пошлых подробностях, не как школьница, а так, как сама это чувствовала: про книжное кафе, про океан, про то, как Александр держит паузу и не давит, как смотрит, как умеет прикасаться — будто спрашивает, а не берёт.

На фразе про поцелуй у скал Стелла прикрыла глаза и застонала: — Всё. Прекрати. Я беременна, мне нельзя столько романтики за раз.