Онлайн книга «Виновница судьбы»
|
Она подняла на меня глаза и кивнула. — А можно в кино вечером? Или в парк? — спросила осторожно, будто проверяя, не слишком ли много хочет. — Можно и то, и другое, — улыбнулась я. И вот тогда на её лице появилось настоящее облегчение. Маленькое, но настоящее. Такое, от которого у меня внутри тоже чуть отпустило. Мы провели день легко. Сходили в парк, где воздух пах нагретой корой и сладкой ватой от киоска у входа, кормили уток, ели мороженое на лавке, и я почти физически ощущала, как напряжение между мной и дочерью расслаивается, как ледяная корка под солнцем. Не исчезает полностью, но становится тоньше. Вечером, когда Эмили уснула, я долго сидела на кухне с телефоном в руке. Переписка с Александром была открыта. Последнее его сообщение я перечитала уже, кажется, раз пять: «Как вы сегодня?» Простая фраза. Но от неё по телу всё равно разливалось то спокойное тепло, которое я уже научилась не пугаться. Я написала не сразу. «Уже лучше. Сегодня был день для дочери. И, наверное, для меня тоже.» Ответ пришёл через пару минут. «Тогда это хороший день.» Я улыбнулась, упираясь лбом в прохладное стекло окна. «Да. Но тяжёлый осадок всё ещё есть.» На этот раз пауза была длиннее. «Хочешь, я приеду и просто посижу рядом? Без разговоров, если не будет сил.» Вот от этого у меня внутри всё дрогнуло особенно. Не потому что это было громко или красиво. Наоборот — в этом не было ни капли театра. Просто взрослое предложение присутствия. Без вторжения. Без требования. Без ожидания чего-то в ответ. Я прикрыла глаза, чувствуя, как усталость дня вдруг наваливается на плечи. Мне хотелось. Очень хотелось. Но я понимала и другое: Эмили дома, я вымотана, день ещё не улёгся внутри. И мне не хотелось смешивать это с первым порывом близости. Даже такой бережной. «Хочу. Но не сегодня. Сегодня я слишком уставшая и слишком мама. Он ответил почти сразу: «Это очень честный ответ. Тогда не сегодня.» Я усмехнулась. «Спасибо, что не обижаешься.» «Мне нравится, что ты не предаёшь себя даже в мелочах.» Я отложила телефон и ещё долго сидела в тишине кухни, слушая, как гудит холодильник и где-то в комнате дочери шуршит одеяло. От этих слов у меня под рёбрами стало тепло и немного больно — в хорошем смысле. Как будто кто-то очень бережно коснулся того места, которое столько лет жило в дефиците уважения. После этого наши встречи с Александром стали происходить чаще. Не каждый день. Не навязчиво. Не так, будто мы провалились друг в друга и теперь обязаны немедленно заполнить собой всё свободное пространство. И именно это, наверное, делало всё только сильнее. Мы виделись ещё дважды до середины июля. Первый раз — после его рабочего дня, в маленьком книжном магазине-кафе на тихой улице. Там пахло бумагой, кофе и старым деревом. Дождя не было, но воздух стоял влажный, и окна чуть запотели изнутри. Мы сидели за узким столиком между стеллажами, пили чай, листали книги, смеялись над нелепыми названиями современных бестселлеров, и в какой-то момент я поймала себя на том, что смотрю не на обложку, которую он мне показывает, а на его руки. Длинные пальцы. Спокойные движения. Темная вена на запястье. Александр заметил это. Он ничего не сказал вслух, только посмотрел на меня чуть дольше обычного, и от этого взгляда под кожей прошло тихое электричество. Не резкое, не пошлое. Но очень живое. |