Книга Виновница судьбы, страница 105 – Анастасия Чехова

Тогда наша встреча закончилась звонком от Эмили. Я хорошо помнила, как улыбнулась на прощание, как шла по улице до машины, всё ещё сжимая ремешок сумки чуть крепче, словно пыталась удержать в ладони это новое чувство — хрупкое, светлое.

Сейчас я сидела за рабочим столом и невольно улыбалась своим мыслям, постукивая карандашом по краю блокнота. Взгляд был устремлён в большое окно кабинета, за которым текла привычная городская жизнь: машины медленно скользили по улице, люди спешили по делам, а солнечный свет ложился на стеклянные фасады домов тёплыми бликами. Я будто сама замедлилась вместе с этим днём. Каблуки были скинуты под стол, и ступни утопали в мягком ворсе ковролина — он приятно щекотал пальцы, заземляя, возвращая в тело.

Из этого спокойствия меня выдернул звонок от подруги.

— Да, дорогая, — ответила я, и улыбка сама легла в голос.

— Ты занята? — по её дыханию и фоновому шуму было слышно, что она идёт быстро.

— Не совсем, жду обеденное время. А что? — я прижала телефон плечом, наклоняясь за туфлями.

— Хочу, чтобы ты сходила со мной на УЗИ. Я немного волнуюсь, а мой драгоценный муж, как назло, в командировке.

Я тихо хмыкнула. В этом вся Стелла — сначала всё решить, а потом поставить перед фактом.

— Ты ещё спрашиваешь? Конечно, схожу. Когда?

— Сейчас. Я как раз у твоего офиса.

— Уже выхожу, — сказала я, сбросила вызов, подхватила сумку и почти сразу направилась к двери.

Через пятнадцать минут мы уже сидели в клинике. Воздух там был прохладным, с тонким запахом антисептика и чего-то стерильно-чистого, от чего всегда становилось немного не по себе. Стелла сидела рядом непривычно тихая. Не яркая, не ироничная, не сыплющая шутками, а собранная в тугой внутренний узел. Её пальцы крепко сжимали мою ладонь, и я чувствовала, какие они холодные.

Я повернулась к ней, второй рукой мягко накрыла её запястье и поцеловала в висок.

— Всё хорошо, — тихо сказала я.

Она только кивнула, не поднимая глаз, и сжала мою руку ещё сильнее.

Когда её вызвали, я пошла с ней без лишних слов. Мне хотелось быть рядом в этот момент — в такой хрупкий, почти священный час, когда счастье ещё совсем крошечное, но уже настоящее.

Кабинет был полутёмным, чтобы лучше видеть экран. Лёгкий голубоватый свет от аппарата ложился на лицо Стеллы, делая его особенно нежным и растерянным. Она легла на кушетку, нервно выдохнула, а врач спокойным, ровным голосом начала объяснять, что сейчас будет делать. Холодный гель коснулся её живота, и Стелла едва заметно вздрогнула, а потом замерла вся, будто перестала дышать.

Я стояла рядом, не отпуская её ладони.

На экране сначала мелькали неясные серо-белые очертания, в которых человек со стороны едва ли что-то понял бы. Но для Стеллы этого было достаточно. Когда врач мягко показала маленькую тёмную точку и сказала, что всё развивается хорошо, я увидела, как у подруги дрогнули губы. В её глазах сразу появилась влага — не от страха, а от переполняющего неверия.

— Вот здесь, — спокойно пояснила врач, двигая датчик чуть выше. — Пока ещё совсем маленький, но уже ваш.

Стелла тихо всхлипнула и повернула голову ко мне, будто ей нужно было подтверждение, что это не сон.

— Ты видишь?.. — прошептала она.

— Вижу, — у меня самой защипало глаза. — Вижу, моя хорошая.