Книга Виновница торжества, страница 119 – Анастасия Чехова

"Пожалуйста... не останавливайся", — шептала я про себя, но он знал, как мучить, его свободная рука сжимала бедро, удерживая на месте, не давая двигаться.

— Проси, — прошептал он, его пальцы замерли внутри, вибрируя слегка, его губы коснулись клитора ещё раз, обжигая.

— Пожалуйста… Кристиан, трахни меня, — выдохнула я, тело дрожало от нужды, подчиняясь его доминированию, голос сорвался на стон, а внутри всё пульсировало, требуя заполнения.

Он усмехнулся, звук низкий, довольный, и перевернул меня на живот одним движением, приподняв бёдра, его руки сжали ягодицы, раздвигая, Кристиан вошёл сзади — глубоко, заполняя полностью одним толчком, растягивая до предела. Каждый последующий толчок вбивал меня в матрас, его бедра шлёпали о мои, руки сжимали ягодицы, шлепая снова и снова — остро, обжигающе, пока кожа не покраснела и не загорелась, каждый удар посылал волны удовольствия прямо к клитору. Ремень натянулся, руки болели от напряжения, но это только усиливало ощущения — я стонала в подушку, тело содрогалось, сжимаясь вокруг него, чувствуя каждую вену, каждый дюйм его внутри. Он замедлился на миг, вышел почти полностью, чтобы войти снова — медленно, томительно, растягивая момент, его пальцы скользнули к клитору, массируя в такт толчкам, доводя до грани.

— Ещё... пожалуйста, сильнее, — вырвалось у меня, и он ускорился, толчки стали жёстче, глубже, его свободная рука схватила волосы, откинув голову назад, открывая шею для поцелуев — грубых, прикусывающих, оставляющих следы. Оргазм накатывал волнами, тело сжималось, пульсируя вокруг него, я кричала, чувствуя, как он доводит меня до пика, но не даёт упасть, продолжая двигаться, его стоны смешивались с моими, хриплые, животные. Наконец, он вышел, перевернул меня на спину снова, его глаза встретились с моими — полные триумфа, — и вошёл ещё раз, теперь лицом к лицу, его руки сжали бёдра, приподнимая, толчки стали ритмичными, глубокими, его губы впились в мои, заглушая крики. Я кончила первой — волна за волной, тело содрогнулось, сжимаясь вокруг него, и он последовал за мной, рыча, кончая внутри, сжимая меня в объятиях, оставляя на коже следы своей страсти — красные отметины от шлепков, укусов, ремня, которые горели, как напоминание о его доминировании. Мы лежали, тяжело дыша, его тело накрыло моё, и в этот момент мир сузился до нас двоих.

Его пальцы нежно размотали ремень, снимая напряжение с запястий, где кожа слегка покраснела от трения, но эта лёгкая боль только усиливала послевкусие нашей страсти. Он легко подхватил меня на руки, прижимая к своей груди — твёрдой, всё ещё влажной от пота, с ритмичным биением сердца, которое эхом отдавалось в моём теле, — и отнёс в ванную, его шаги были уверенными, а объятия — защитными, как будто он хотел стереть границу между грубостью и нежностью.

Он включил душ, и тёплая вода хлынула, заполняя пространство паром, который обволакивал нас, как туман над заливом. Аккуратно потянул меня к себе под струи — вода жгла мои ссадины от нашей страсти, обжигая красные следы на ягодицах и бёдрах, где его шлепки оставили горящие отметины, но эта боль была сладкой, смешиваясь с удовольствием, заставляя тело вздрагивать. Я облокотилась на сильную грудь мужчины, чувствуя, как вода стекает по нашим телам, смывая пот и следы, но не воспоминания — его руки гладили мою спину, спускаясь ниже, к пояснице, нежно массируя, и от этого внутри снова потянуло ноющей теплотой.