Онлайн книга «Искатель, 2010 № 09»
|
Прямо под фреской, на небольшом возвышении из красноватого туфа располагались пастырский престол и простой переносной пюпитр для письма и чтения. Освещалось все обширное помещение лишь двумя семисвечными шандалами, укрепленными все на той же стене. С последним ударом колокола Самсон уже вступил в залу, пересек полутемное пространство и почтительно склонился под благословение сидящего на престоле Генерала-хранителя. — In nomine Suo benedicto[1], — произнес сидящий и присовокупил: — Благорасположение Его скоро тебе потребуется, сын мой. — Кто бы сомневался, — пробормотал Самсон, чуть заметно ежась, — от голоса отца Скимена ему всякий раз становилось не по себе. Придушенный и какой-то неестественный, он мало походил на человеческий. Самого Генерала-хранителя едва бы кто рискнул назвать мужем привлекательной наружности. Он был высок, при этом необычайно, почти болезненно худ, а широкая фиолетовая ряса, опоясанная в подражание францисканцам витым вервием, на котором висели простые кипарисовые четки, только подчеркивала эту худобу. Казалось, ряса облекает не грешное тело, но бесплотный дух. В довершение ко всему, лицо у отца Скимена было неприятно костистое и настолько узкое, словно состояло из одного лишь профиля; маленькие блестящие глазки располагались где-то на висках, отчего создавалось впечатление, будто он мог ими смотреть одновременно в разные стороны. Ни бороды, ни усов он не носил и вообще был лыс, как колено. Впрочем, редко кто видел его без глубоко нахлобученного капюшона-куколя. При всем том, в обхождении с людьми Генерал-хранитель был прост и не производил впечатления человека сурового. Да и на отношение отца Скимена лично к нему Самсон пожаловаться не мог: казалось, тот принимает в судьбе нового эмиссара самое искреннее участие. — Итак, сыне, — прошелестел Генерал-хранитель, — думаю, от твоей проницательности не укрылось, какие надежды питает в отношении тебя Священная Конгрегация, какое задание... или, точнее будет сказать, священная миссия тебе уготована. «Ага, — подумал Самсон, — миссия! Скорее уж — участь!» Из прежних бесед с отцом Скименом, аудиенции у которого Самсон удостаивался уже не единожды, точнее, из достаточно прозрачных намеков и недомолвок с очевидностью вырисовывалось, что его, Самсона, готовят ни много ни мало для устранения Архипастыря Вселенской Церкви — Его Святейшества Пия-Нестора бен Хаттаба Второго. По мнению Конгрегации, престарелый Архипастырь полностью подпал под пагубное влияние партии хиликов, которые толкают Западный мир к гибели, проповедуя принцип мирного сосуществования со Срединной империей. А таковая политика ведет, дескать, лишь к тому, что Империя год от года становится могущественнее, а подданные оной все далее отходят от человеческой природы. Потому, покуда не поздно, СрИм необходимо уничтожить, а для этого нет иного пути, кроме как заменить бен Хаттаба креатурой партии пневматиков — то бишь послушным ставленником Конгрегации Веры. — Но вызвали мы тебя не для того, — продолжал между тем отец Скимен. — Жизнь, увы, внесла свои коррективы в наши планы. Основное предназначение твое пребудет неизменным. Знай и помни об этом! Но ныне тебя ждут иные заботы... Генерал-хранитель замолчал на несколько мгновений, словно собираясь с мыслями, потом неожиданно спросил у Самсона: |