Онлайн книга «Искатель, 2010 № 10»
|
Горин силился вспомнить, но не мог... Он видел картину: магистр склоняется над ним, шевелит губами... Губы раскрываются каким-то взрывным звуком, затем вытягиваются в трубочку. Будто бы он говорит что-то вроде: пу... пугало... Зачем? Зачем он говорил это? И вдруг за спиной Горина раскрылась дверь. Потянуло свежей волной воздуха, запахом цветущей сирени. Бумаги на столе зашевелились. Но сирень-то давно отцвела, и сейчас уже должно пахнуть липой... Горин оглянулся. В дверном проеме, точно такая же, как и тогда, в редакции, точно так же одетая — в короткое васильковое платье — стояла Анна. 20 Горин, что называется, не верил своим глазам. Как она могла оказаться здесь? Анна, казалось, была не меньше, чем Горин, удивлена этой встречей. Несколько секунд длилась немая сцена: Горин, вывернувший голову назад, в сторону двери, Анна, опершаяся о дверной косяк, магистр Збруев, будто исполнявший, с номером «Московской страшилки» в руке, какую-то рекламную акцию: «Вы еще не поставили себе самое изящное в мире огородное пугало? Тогда я иду к вам!» Первой нарушила молчание Анна, в какой-то степени прояснив ситуацию: — Значит, и ты тоже тут лечишься? Вот как: выходит, что она у магистра лечится. Интересно, от чего? — А вот это врачебная тайна, — как бы прочитал его мысли магистр, хотя отвечал он, конечно, на реплику Анны. — Врачебная тайна бывает у врачей, — угрюмо заметил Горин. — А это вы, батенька, напрасно! Диплом врача у меня есть. Я, между прочим, когда-то работал на станции «скорой помощи». И тут Горин вспомнил. Ну конечно же! Несколько лет назад в «Вечерке» была статья, называвшаяся «Магистр в законе», или что-то в этом роде. Горин посмотрел на Збруева несколько под другим углом своего любопытства... — Между нами говоря, — добавил тот, — у вас обоих одна общая тайна. Можно я расскажу, Анна Васильевна? Анна повела плечами, давая понять, что ничего не имеет против. — Ну а вы меня поправьте, если что... Некоторое время назад госпожа Вихрова обратилась ко мне, известному в своей области специалисту. Ведь, как это и сказано в рекламной статье, которую вы обо мне пишете, я активно использую практику психоанализа. В том числе — и на почве избавления от всяческих фобий. В данном случае, у пациента наблюдалась фобия, развившаяся из детских страхов. Еще несколько сеансов умеренной терапии, и с этим будет покончено навсегда. Так вот оно что! — подумал Горин. Значит, ему вовсе не померещилось, что магистр, танцуя над ним, когда он лежал на кушетке, повторял слово «пугало». Похоже, что он и его взялся тут «лечить»... — Случай с госпожой Вихровой изрядно запущен. Тот колдовской ритуал, который вы провели в детстве, действует до сих пор. Произошло серьезное повреждение ауры, которое надо устранить. Для этого необходимо повторить ритуал в тех же самых условиях. — Но я не смогу этого сделать, пока не найду сундук колдуньи! — с отчаянием в голосе воскликнула Анна. — Именно! Все должно быть точно так же, как и тогда. Горин оторопел: — Вы хотите сказать, что нам опять надо собраться вместе и повторить все то, что мы сделали тогда? — Как можно более точно! — Магистр весь сиял, как будто ему одному была известна простая, но великая истина. — Словом, я порекомендовал госпоже Вихровой найти других участников детского колдовства. Но, увы, — все оказалось напрасно: сундук не найден. Что ж, попытаюсь воспользоваться менее надежными средствами. Самой, так сказать, традиционной медициной... С вашего позволения, — Збруев обратился к Горину, — я продолжу занятия с моей пациенткой. |