Книга Искатель, 2010 № 10, страница 74 – Сергей Юдин, Александр Юдин, Сергей Саканский, и др.

— Все ясно, — сказал Кошелев. — Это какие-то рецепты. И как варить, тоже написано.

— Тогда давайте варить! — радостно предложила Марина, захлопала в ладоши, запрыгала на месте...

Горину показалось странным, что так непосредственно ведет себя взрослая женщина, хозяйка массажного салона. Еще он вспомнил, что и как делал с этой женщиной, и ему стало стыдно. Все-таки вокруг были дети, несмотря на то что выглядели они как взрослые и собирались варить и пить неизвестно какое зелье...

В сарае нашлась старая керосинка, Петухов поболтал ее, внутри булькнуло. Из щелей вылезли желтые, опаленные фитили. Вскоре в кастрюльке уже грелась вода. Вместе с кастрюлькой Петухов принес из дома фотоаппарат, сфотографировал всех, сфотографировал отдельно и сундук, и разбросанные вокруг мешочки. Приготовился снять пугало, уже забытое за новой игрой, встал, широко расставив ноги, склонился над своим черным фотоаппаратом... Но вдруг разругался:

— Надо же! Вот черт! Кончилась пленка.

Между тем вода уже закипала. Кошелев, подглядывая в книгу, руководил процессом. Оказывается, по книге, надо было не просто все сразу смешать и сварить, а одно положить сначала, другое — когда закипит. Запах от варева был вкусный, правда, он все время мешался с запахом индийских вонючек, которые раскуривал магистр Збруев, расхаживая по кабинету в своей мантии и полосатых штанах с широкими манжетами.

Первым выпил Петухов. Он крякнул, как взрослый, затем понюхал свой рукав.

— Ну как? — спросил Горин.

— Кайф!

— Дай-ка и мне, — попросила Марина.

Петухов, казалось, не слышал. Он смотрел на нее исподлобья, грызя ноготь большого пальца, будто видел ее впервые. Мотнул головой, издал какой-то невнятный рык.

— Хорошо пошла! — прокомментировал он, черпанул из кастрюльки кружкой и протянул Марине.

Она выпила. В этот момент Кошелев зашелестел страницами книги, Марина оглянулась на него и засмеялась каким-то странным, утробным смехом.

— Теперь ты, — скомандовал Петухов.

Горин взял из рук Петухова кружку. Жидкость была теплой, сладковатой, похожей то ли на чай с лимоном, то ли на «Буратино». Выпив, Горин задумчиво посмотрел на свое отражение на дне чашки, поднял глаза. Чья-то рука выдернула у него чашку, Горин увидел: Анна. От нее пахло сиренью, как тогда, в редакции. Горин удивился: ведь встреча в редакции будет гораздо позже, аж через двадцать лет... Анна была ослепительно, вызывающе красивой. Ее глаза горели золотым огнем, но смотрела она вовсе не на него...

— Пугало! — тихо сказал магистр, мягко махнув кадилом из-за угла сарая.

Горин увидел длинную белую шею Анны, когда она запрокинула голову, чтобы выпить свою порцию зелья... Никогда, никого он так сильно не любил.

— Игорь! — позвала Марина. — Аты что сидишь? Тут еще осталось.

— Не буду, — насупившись, сказал Кошелев.

— Ну и правильно, — сказал Горин. — Маленький еще.

— Просто не хочу травиться.

— Что ты там все читаешь? — не отставала Марина. — Почитай-ка вслух, другим ведь тоже интересно.

— Тут ничего не понятно, — с досадой сказал Кошелев.

— А ты почитай, может, все вместе и поймем.

Игорь принялся читать, водя пальцем по книге. Все замерли от удивления, испытывая, наверное, те же самые чувства, что и Горин. Слова, которые нараспев произносил Кошелев, были русские, только никак не складывались в смысл. Они напоминали стихи из песни или, может быть, какую-то молитву, клятву... Кошелев давно закончил, захлопнул книгу и погладил ее ладонью, а все стояли и молчали, опустив глаза...