Онлайн книга «Искатель, 2010 № 12»
|
В самом деле, достаточно открыть «Исповедь» святого Августина, и ты поймешь, что убеждение в греховности всех людей от рождения настолько владело сим Блаженным Отцом Церкви, что он действительно верил, будто новорожденные дети — это отродья сатаны! Целые главы посвящены у него подробным доказательствам повинности грудных младенцев в чревоугодии, ревности и иных омерзительных грехах. Удивительно ли, что именно эта жестокая до нелепости доктрина легла в основу Реформации и составила базис учения зловещего Кальвина? К слову, лютой ненавистью к человеческому естеству грешило большинство «духовных писателей». Все они готовы были повторять вслед за протопопом Аввакумом: «Человек — гной еси, кал еси смрадный!» У того же Аврелия Августина ты прочтешь, что любой нехристианин не только лишен возможности Спасения, но и по определению чужд всякой добродетели. Ибо то, что было бы добродетелью в христианине, в представителе иной конфессии немедля обращается в порок. И самые добрые дела их являются лишь «блестящими грехами»... А ты мне тут толкуешь о Боге... Даже если доводы разума на тебя не действуют и вера твоя продолжает оставаться неколебимой, то открой Писание, открой и почитай с беспристрастностью следователя. Хотя бы ту же книгу Бытия... Прочтя же, задайся вопросом: есть ли резоны доверять Личности, у которой такой нрав?! Впрочем, я, кажется, чересчур углубился в историю вопроса. Тебя же, наверное, более волнует современность. Ну что ж, давай поговорим о современности... До определенной поры на стороне религиозной Веры выступал Разум. Христианские теологи и философы соревновались в измышлении все новых и новых — онтологических, рациональных, космологических, логических и даже физических — доказательств Бытия Божьего. Однако наука не топталась на месте, объем накопляемых знаний постоянно рос, и вот, к несчастью, пришло время, когда все эти доказательства перестали отвечать доводам рассудка. Тогда-то и появился лозунг «Долой Разум!». Возникла новая теология — «теология сердца». Этот способ защиты Веры был изобретен Руссо. Он первым заявил, что если бы человек прекратил наконец рационально мыслить и слушал бы только то, что Бог говорит его сердцу, то в мире существовала бы только одна религия. Новая теология оказалась очень удобной, ибо не могла быть никоим образом опровергнута. В самом деле, как возможно опровергнуть то, что не претендует на доказательство? Ведь единственным основанием для ее принятия оказывается возможность наплевать на рассудок и желание спокойно предаваться приятным грезам о счастье! На мой взгляд, вздорность такой позиции очевидна, ибо сколь бы ревностно я или все человечество ни желали чего-то, как бы это ни было необходимо для нашего счастья, нет оснований полагать, что это нечто существует. Нет закона природы, гарантирующего, что человечество должно быть счастливо. Тем не менее современные монотеисты, которые убеждают нас верить в Бога, презирают старые «доказательства» и основывают свою Веру именно на этой «теологии сердца», эксплуатируя вполне определенные аспекты людской природы — чувства страха или таинственности, ощущения справедливости и несправедливости, долг, совесть и тому подобные эфемерные вещи или эмоции. Но и этого оказалось недостаточно, ибо, несмотря ни на что, развитие науки и, соответственно, умножение знаний об окружающем мире остановить — увы! — невозможно. А все это, как ты понимаешь, вовсе не способствует упрочению Веры. Религиозные догматы продолжали неуклонно подтачиваться древоточцами здравого смысла. И рушились один за другим. И вот, в такой воистину трагической ситуации Всемирный Совет Монотеистических Церквей оказался вынужден извлечь из Небытия изрядно траченную молью времен доктрину «прагматизма». Ту самую, что была к нашей эпохе уже основательно подзабыта, главным образом потому, что еще в двадцатом веке удостоилась осуждения Католической Церковью, как еретическая. |