Книга Развод по Проекту: Дом, который построила Я!, страница 14 – Арина Вольская

Измена была лишь одной частью проекта.

— Я дам ответ после оценки компании, — сказала Лидия. — И после консультации с юристом.

— Какой ответ?

— По всем пунктам.

— Завтра собрание.

— Я приду.

— Это ничего не изменит. У меня контрольный пакет.

— Тогда зачем тебе моё присутствие?

— Процедура.

— Разумеется.

Виктор посмотрел на закрытую папку.

— Ты можешь сохранить долю, — сказал он после паузы. — Я не заставляю тебя продавать.

Лидия ждала продолжения.

— Но ты должна понимать, — добавил он, — что без должности, кабинета и команды она быстро превратится в бесполезную бумагу. Дивиденды зависят от решения компании. Информация будет предоставляться в пределах закона. На оперативное управление ты влиять не сможешь.

Он говорил спокойно. Почти доброжелательно. Так объясняют человеку, что сопротивление невыгодно и разумнее принять предложенные условия.

Лидия вспомнила ранние годы бюро. Комнату в полуподвальном помещении, где зимой мёрзли руки. Первый большой конкурс, для которого они ночами клеили макет. Виктор тогда говорил, что без неё никогда не решился бы подать заявку. Потом появились сотрудники, проекты, офис со стеклянными стенами, международные публикации. И каждый новый этаж их общей жизни будто отдалял фундамент от фасада, пока Виктор не решил, что основание больше не видно и потому не существует.

— Тогда посмотрим, сколько стоит эта бумага, — сказала Лидия.

Он не сразу понял, что разговор закончен.

— Я надеюсь, утром ты будешь рассуждать спокойнее.

— Я спокойна.

— Именно это и пугает.

Виктор взял статуэтку и вышел из кухни.

Лидия осталась одна.

Она слышала, как он прошёл по коридору, открыл дверь кабинета и поставил награду на полку. Потом зашумела вода в ванной. Дом снова начал поглощать происходящее, превращать его в бытовые звуки.

Лидия разложила документы по порядку.

Теперь она видела их иначе.

Сначала Виктор лишал её должности. Без должности она теряла ежедневный доступ к проектам и переставала быть человеком, к которому обращались заказчики и сотрудники. Затем новый руководитель постепенно занимал её место в официальной переписке и презентациях. Алиса меняла публичный образ бюро. Через несколько месяцев Лидия выглядела бы не совладелицей и главным архитектором, а бывшей женой, сохранившей долю из обиды.

Дивиденды можно было не выплачивать, ссылаясь на развитие компании.

Информацию можно было выдавать в минимальном объёме.

Собрания можно было проводить формально.

Ей не запрещали оставаться собственницей. Ей предлагали превратиться в неудобного, беспомощного миноритария, которого со временем сама жизнь заставит принять любую цену.

Виктор не собирался отнимать её долю.

Он собирался лишить её всего, что делало эту долю живой: кабинета, команды, голоса, доступа к работе, привычного места в профессии.

А затем ждать.

Ждать, пока одиночество станет дороже денег.

Пока заказчики привыкнут звонить другим.

Пока сотрудники перестанут спрашивать её мнения.

Пока фамилия Сафронов окончательно отделится от женщины, которая носила её двадцать пять лет.

Только тогда он снова положит перед ней договор.

И цена будет ещё ниже.

Лидия взяла синюю записную книжку и под прежними строками написала ещё одну:

Цель — не купить долю. Цель — сначала обесценить владельца.