Книга Развод по Проекту: Дом, который построила Я!, страница 106 – Арина Вольская

Обязательство Виктора обеспечивалось не только его личной гарантией, но и залогом части приобретаемой доли. При просрочке Лидия получала право потребовать досрочного расчёта.

Оставшиеся пять процентов сохранялись за ней временно.

Корпоративное соглашение ограничивало её участие только вопросами, связанными с проектами, созданными при её руководстве. Лидия не могла вмешиваться в новые конкурсы, кадровую политику и текущую коммерческую деятельность. Зато компания была обязана предоставлять ей сведения о существенных изменениях старой документации, претензиях заказчиков, экспертизах и судебных спорах, способных затронуть её прежние подписи.

Отдельный нотариальный опцион закреплял обязательный выкуп пяти процентов после закрытия согласованного перечня проектов. Если обязательства не завершались к предельной дате, цена рассчитывалась по заранее установленной формуле с учётом стоимости компании и инфляции.

— Это избыточно, — сказал Виктор, перечитывая раздел об уведомлениях. — Ты хочешь получать сведения о каждом изменении.

— Не о каждом. Только о тех, которые затрагивают документацию, подписанную мной.

— Компания будет тратить время на юридическую проверку каждой корректировки.

— После «Ориона» это не кажется лишним.

Он хотел возразить, но не стал.

— Хорошо.

Слово прозвучало тяжело.

Нотариус внесла последнюю правку.

— Теперь имущество супругов.

Совместная квартира оценивалась дорого. Виктор хотел оставить её за собой, выплатив Лидии половину стоимости. Однако дополнительная выплата одновременно с выкупом доли слишком увеличивала его обязательства.

— Квартиру лучше продать, — сказала Лидия.

Виктор посмотрел на неё.

— Ты уверена?

— Да.

— Мы могли бы отложить продажу.

— Зачем?

— Рынок сейчас не лучший.

— Через год может быть хуже.

— Там живу я.

— После продажи найдёшь другое жильё.

Он нахмурился, будто только сейчас понял, что дом больше не воспринимается Лидией как место, куда она когда-нибудь вернётся.

— Я сам выбирал эту квартиру, — произнёс Виктор.

— Мы выбирали вместе.

— Ремонт делали под нас.

— Да.

— Тебе ничего не жаль?

Лидия представила высокие окна, вид на реку, длинную гостиную, кухню, которую они переделывали дважды. Стену с семейными фотографиями. Спальню, где она лежала без сна после церемонии.

— Жаль, — ответила она. — Но это не причина сохранять совместную собственность.

Квартиру решили выставить на продажу через независимое агентство. До сделки Виктор мог продолжать жить там, оплачивая содержание. После продажи сумма делилась поровну за вычетом расходов.

Банковские накопления распределялись в согласованных долях. Машины оставались тем, на кого были оформлены. Загородный дом, купленный несколько лет назад и почти не использовавшийся, также подлежал продаже.

Когда нотариус дошла до мастерской, юрист Виктора только перелистнул страницу.

— Помещение на Бауманской исключено из раздела, — сказал он. — Получено Лидией Андреевной по наследству.

— Возражений нет, — подтвердил Виктор.

Лидия почувствовала неожиданное облегчение.

Мастерская с её тремя столами, старой табличкой отца и новой вывеской не была предметом торга. Она принадлежала ей не потому, что победила в переговорах. Просто никогда не была общей.

— Права на портфолио, — продолжила нотариус.