Книга Развод по Проекту: Дом, который построила Я!, страница 103 – Арина Вольская

— Начнём с оценки общества, — сказала нотариус.

Юрист Виктора открыл свою папку.

— Наша сторона по-прежнему считает представленную оценку завышенной, — произнёс он. — Методика недостаточно учитывает персональную зависимость бизнеса от основателя и основного носителя бренда.

Аркадий Леонидович поправил очки.

— Зависимость учитывалась через корректировку деловой репутации и прогноз будущих доходов.

— Не в достаточной степени.

— Насколько, по вашему мнению, она должна быть увеличена?

Юрист посмотрел на Виктора.

Тот ответил сам:

— Клиенты приходили на фамилию Сафронова.

Лидия не отвела взгляда.

Виктор говорил спокойно, без прежней злости. Сейчас он защищал не только деньги. Он защищал ту версию истории, в которой публичное имя определяло стоимость всего построенного вокруг него.

— Это подтверждается договорами, интервью заказчиков и маркетинговыми исследованиями, — продолжил он. — Бюро создавалось мной. Я выступал автором ключевых концепций, проводил переговоры и обеспечивал привлечение большинства крупных проектов. Уход Лидии не означает, что сорок процентов бизнеса могут оцениваться так, словно они представляют самостоятельный актив без привязки к моей репутации.

— Доля в обществе и не является самостоятельным архитектурным бюро, — заметил Гребнев. — Она представляет право на соответствующую часть стоимости действующего бизнеса.

— Стоимость которого зависит от моего участия.

— В том числе.

— В первую очередь.

Оценщик открыл расчёт.

— Мы не отрицаем высокую персональную зависимость бренда, Виктор Павлович. В итоговой модели она учтена. Если бы компания обладала теми же финансовыми показателями, но не зависела от одного публичного лица, её стоимость была бы выше.

— Насколько?

Поляков назвал цифру.

Она существенно превышала оценку, представленную сторонам.

Виктор нахмурился.

— Тогда почему вы не учитываете, что после ухода Лидии компания сохранила название, клиентов и основную часть контрактов?

— Учитываем. Как и то, что после её ухода увеличились расходы на внешних специалистов, снизилась скорость согласований и возникли риски по нескольким проектам.

— Риски возникли из-за действий самой Лидии.

Марина Власова положила ладонь на край папки, но Лидия заговорила первой:

— Не нужно возвращаться к «Ориону». Есть независимое заключение.

Виктор посмотрел на неё.

— Заключение оценивает технические решения, а не последствия.

— Финансовые последствия тоже отражены в оценке.

— Именно поэтому она не может одновременно ссылаться на ухудшение положения компании и оценивать твою долю по прежним результатам.

Аркадий Леонидович терпеливо ответил:

— Стоимость определялась на установленную дату с учётом текущих обязательств, кредитной нагрузки, действующих договоров и прогнозируемых доходов. Мы не использовали показатели до возникновения проблем как единственную основу. Всё это изложено в отчёте.

Юрист Виктора подвинул вперёд отдельный документ.

— Мы заказали дополнительное заключение по стоимости бренда.

Гребнев взял его и передал копию Лидии.

На первой странице крупно стояло:

Персональная деловая репутация Виктора Павловича Сафронова как ключевой нематериальный актив ООО «Сафронов и партнёры».

Далее утверждалось, что имя основателя определяет значительную часть способности компании получать новые контракты. Если Виктор прекращал участие в управлении, ожидаемая стоимость бизнеса резко снижалась.