Книга Не Твоя Ставка, Мажор!, страница 67 – Мира Лаверн

Но сейчас мне было всё равно.

Пусть услышат.

Пусть поставят.

Всё уже произошло.

— Отмени, — сказала я.

— Что?

— Всё. Позвони отцу. Скажи администрации вернуть доступ, оставить меня ведущей и не переселять.

— Пока безопасность не…

— Отмени.

Тимур посмотрел на меня.

— Нет.

Одно слово.

Спокойное.

Так же он когда-то отказался выйти из ставки.

Внутри что-то окончательно оборвалось.

— Тогда между нами всё.

Его лицо изменилось.

— Не смешивай это.

— Это одно и то же.

— Нет.

— Ты не можешь уважать меня только в тех решениях, которые тебе нравятся.

— Я не хочу потерять тебя из-за того, что не настоял.

— Ты уже потерял.

— Алиса.

Он шагнул вперёд.

Я подняла ладонь.

Тимур остановился.

— Не подходи.

— Давай поговорим спокойно.

— Мы говорим спокойно.

— Ты злишься.

— Да.

— Через день…

— Не будет другого решения.

Он смотрел на меня так, словно ожидал, что я сама испугаюсь собственных слов.

Раньше, возможно, испугалась бы.

Сейчас нет.

— Ты сказал, если я попрошу не писать — не напишешь. Если попрошу выйти из проекта — выйдешь. Если скажу, что никогда тебя не полюблю, это будет твоё поражение.

— Я помню.

— Тогда запомни ещё одно. Я не буду рядом с человеком, который считает мою волю необязательной.

— Я не считаю.

— Ты только что доказал обратное.

— Я исправлю всё, когда станет безопасно.

— Не нужно исправлять.

— Что ты хочешь?

— Чтобы ты оставил меня в покое.

Он замолчал.

Телефон в моей руке завибрировал.

На разбитом экране появилось письмо от университета.

Я не открыла.

Тимур смотрел на меня ещё несколько секунд.

Потом медленно кивнул.

— Хорошо.

Слово прозвучало глухо.

Он развернулся и пошёл к арене.

Я смотрела ему вслед, пока двери не закрылись.

Только тогда позволила себе вдохнуть.

Женя стояла у входа в старый корпус. Она, вероятно, слышала конец разговора, но ничего не спросила.

Просто подошла и встала рядом.

— Нужно в деканат, — сказала я.

— Пойдём.

Я посмотрела на письмо.

Отправитель: Финансовая комиссия университета.

Тема: Изменение статуса грантовой программы.

Открыла.

Текст был коротким.

Уважаемая Алиса Сергеевна!

В связи с вашим временным отстранением от исполнения обязанностей ведущей и ограничением доступа к медиалаборатории комиссия обязана пересмотреть соответствие условиям дополнительного гранта.

Выплаты за текущий месяц сохраняются. Решение о дальнейшем финансировании будет принято после рассмотрения обновлённого состава проекта.

Ниже стояла дата заседания.

Через четыре дня.

Я перечитала письмо.

Потом ещё раз.

Тимур был уверен, что сохранил мне грант.

Но финансирование зависело не от обещаний его отца.

Оно зависело от работы, которую у меня только что отняли ради моей безопасности.

Приглашение от отца Тимура пришло на следующий день после письма о пересмотре гранта.

Не звонком.

Не сообщением.

В одиннадцать утра в аудиторию вошла секретарь декана и положила передо мной плотный белый конверт.

Преподаватель продолжал объяснять устройство информационных кампаний, одногруппники записывали определения, а я смотрела на своё имя, выведенное чёрными буквами.

Алисе Сергеевне Морозовой. Лично.

На обороте стояла эмблема фонда Орловых.

— Марина Павловна просила ознакомиться после занятия, — тихо сказала секретарь.

— Что там?

— Я не знаю.