Книга Тьма египетская, страница 191 – Лана Ланитова

— Полин, да я же был не в себе, – взмолился Владимир.

— Да, я понимаю. И только поэтому, я, презрев прошлые обиды, пришла к вам на помощь. А еще, – она лукаво посмотрела на поручика, а тот с нежностью, украдкой, сжал ладошку Полин. – Еще я сделала сие по просьбе вашего друга, Василия Степановича.

— Ах, ma beauté, – поручик приблизил ее ручку к своим губам. – Merci ma chérie.

Даже в темноте Владимир видел, как старый вояка тискал Полин за плечи, талию и бедра.

«Как же он хорош с новыми руками и ногами. В него можно запросто влюбиться», – любовался поручиком Владимир.

— Ну, что ж. У нас совсем нет времени. Скоро будет местный рассвет, и египетская ведьма придет сюда, чтобы отсечь вам самое дорогое, что есть у мужчины, – после этих слов Полин нахмурилась. – Я упомянула лишь две причины, из-за которых я пришла к вам на помощь. Но третью, самую важную, я пока не назвала. А суть её заключается вот в чём: в этом царстве достаточно ведьм. И каждая из нас бывает коварна и похотлива. Мы способны на разные злодейства в том случае, если нас по-настоящему обидели. Но! – Полин подняла тонкий палец к небу. – Ни одна из нас не додумалась до такого варварства, до которого додумалась Нефтида. Наоборот – хорошие самцы в нашем царстве пользуются большой любовью и уважением. А эта мумия решила искалечить и вывести из строя трех лучших самцов этого царства.

— Вот и я полагаю, что Виктор ее за это не погладил бы по головке, – прозвучал оживленный шепот Булкина.

— Может, бы и не погладил, – кивнула Полин. – Да, было бы поздно, господин Булкин. Восстановление утраченных инструментов заняло бы уйму времени. Да, и не факт, что новые орудия бы прижились, и работали бы без изъяна, словно родные. Виктор всегда говорил, что «вопрос фаллический бывает очень сложен и требует особой щепетильности». Я бы и сейчас могла пожаловаться ему на Нефтиду, но весь трагизм состоит в том, что нашему Архонту сейчас некогда. Ему сейчас нет дела до своих подопечных. С Нефтиды за злодеяние будет спрос. В этом я даже не сомневаюсь. Да, для вас, джентльмены, это уже не будет иметь ровно никакого значения.

— Полин, милая, ты выведешь нас отсюда?

— Несомненно. Но только этого будет недостаточно.

— Ну, почему? Нам главное – убежать.

— Этого будет недостаточно. Она разыщет вас повсюду, куда бы вы ни спрятались.

— А что же нам теперь делать? – с унынием спросил Травин.

— Нам надо ее отправить назад, в Древний Египет.

— Но как? – ошарашено спросил Владимир.

— Я все расскажу.

Щелкнул затвор ключа. Со скрипом отворилась тяжелая чугунная дверь.

— Выходите, – прошептала Полин. – Я все расскажу по дороге.

Как только пленники покинули клетку, Полин показала знаками, следовать за ней.

— Идите тихо, – шептала она. – Это хорошо, что нас пятеро. Это – очень удачное стечение обстоятельств.

— Почему? – спросил Владимир.

— Только пятеро могут изгнать ведьму. Мы с вами должны составить пентаграмму, благодаря которой мы сможем справиться с Нефтидой.

Полин оглянулась и хихикнула:

— Родион Николаевич, не надо так дрожать. От вашего страха колеблется пространство.

— Простите, госпожа Лагранж.

Полин провела их через огромный каменный зал и подвела к низенькой дверце, обитой металлическими пластинами. Дверь со скрипом отворилась, и все пятеро оказались в узком коридоре, без окон. Все следовали за Полин, молча, стараясь не издавать лишних звуков. Коридор казался бесконечным. А после они уперлись еще в одну низенькую дверь. И снова был коридор, но он оказался намного шире, чем предыдущий. В нем чернильными прямоугольниками обозначились окна, зарешеченные тонкими витыми решетками. За ними шелестели мокрые деревья, чьи кроны заливала светом яркая луна. Владимир смотрел на эти деревья и осенний свежий сумрак ночи и радовался тому, что видит что-то живое. Он с трудом верил в то, что они наконец-то выбрались из душного подземелья египетской ведьмы.