Книга Тьма египетская, страница 189 – Лана Ланитова

Под тревожные и зловещие звуки тимпанов Серапис приблизился к первой жертве и сорвал с мужчины тонкую набедренную повязку. С того места, где находились наши герои, не были видны детали. Когда несчастному убрали ткань, он вдруг блаженно заулыбался, и выгнулся бедрами вперед.

— Готов ли ты, Гермий, пройти ритуал оскопления во славу Изиды? – торжественно произнесла Нефтида.

— Готов, – произнес черноволосый юноша и рассмеялся. – Прими от меня мою плоть, о, лучезарная Нефтида. Это то малое, чем я готов одарить тебя, несравненная богиня. Прими от меня хотя бы часть моей плоти. А после прими и душу.

— Я благодарю тебя, Гермий, за твое послушание, любовь и жертвенность. И пусть боги сделают так, чтобы сей обряд был для тебя приятен. Хвала Изиде!

— Хвала Изиде! – крикнул вслед за ней Серапис и его пожилой помощник.

А после раздались нестройные крики всех остальных участников зловещей мессы.

Восхвалив Изиду, Серапис довольно быстро вытащил из горячего горшка острый серп. Взмах руки, и кусок окровавленного мяса упал в таз, подставленный его ассистентом. После этого ассистент подошел к статуе Изиды и сбросил отсеченную плоть в обсидиановую чащу, расположенную у ног рогатого идола. И только тогда, когда кусок плоти плюхнулся в розовую воду, налитую в чаше, несчастный и одурманенный Гермий издал короткий и полный изумления крик. Одновременно с этим криком раздалось шипение. Это Серапис, вытащил раскаленное тавро и припечатал его к обнаженной ране. А далее молодой мужчина то хохотал, то вскрикивал.

Слышалось деловитое бормотание и стук метала. И вновь шипение раскаленного тавро, опущенного в воду.

— Стержень со шпенькой, – слышалась команда эскулапа Сераписа. – Так. Купорс… Бинты с мазью. Отлично.

В воздухе висел тошнотворный запах паленого мяса. Травина вытошнило прямо под ноги. Макар сидел бледнее беленого полотна. У Владимира кружилась голова.

Прошла еще четверть часа, он слышал, как первого мужчину отвязали от креста и осторожно отвели в другие покои. Наступила очередь второго пленника. Ему развязали рот. И тот сразу же грязно выругался.

В ответ на брань Нефтида рассмеялась:

— Побереги свой гнев, Антоний. Как бы ты не кричал, тебе не избежать участи скопца.

— Ты будешь гореть в пекле, мерзкая ведьма! – кричал второй пленник.

Пока он кричал, Серапис сорвал с него набедренную повязку.

— Оу, да тебе не нужно его даже ласкать. Твой пенис и так, стоит, словно Родосский Колосс, – она облизала полные губы. – А я хотела его чуточку взбодрить своими руками.

Светловолосый мужчина, которого звали Антонием, в ответ лишь зарычал, словно зверь, напрягая все жилы, в попытке отвязать себя от проклятого креста.

— Будь проклята, подлая тварь! – не унимался он.

— Я хотела провести обряд, как положено, и дать тебе все-таки опия для облегчения боли. Но раз ты упираешься и проклинаешь меня, то Серапис все сделает так, как делали древние варвары на полях брани. Я оскоплю тебя жестоко…

Она трижды хлопнула в ладоши, и барабанная дробь тимпанов накалила пространство подземелья, наполнив его густым страхом и отчаянием. Статуя Изиды вдруг задрожала прямо на глазах. Черное изваяние открыло рот, и из его пасти полыхнуло пламя. А длинные рога накалились докрасна.

— Свят-свят… – шептал Макар, на коленях отползая от решетки.