Книга Тьма египетская, страница 144 – Лана Ланитова

Виктору не хотелось, копаться в прошлом этого горемыки. Он чувствовал, что сильно устал летать по этому городу. Близилась полночь. Более всего он мечтал сейчас сбросить мимолетный груз человеческих страданий. И вновь живым и сильным предстать пред той, которую любил. Он развернулся в сторону Костромы, лег в удобную позу и медленно полетел к своей цели. Но в этот самый момент пьянчужка на Тверской вдруг упал на колени и затрясся в тихом плаче.

— Господи, – плакал он. – И это называется жизнь? Зачем мне всё это, господи? Как плохо мне. Внутри все горит, словно в огне. Зинка, моя Зинка, оказалась предательницей. Она вылила четвертушку полугара. Вылила, зараза, в отхожее место. Ну, разве не сущая дьяволица эта женщина? Скажи мне, господи. Это ведь она виновата во всех моих бедах!

Демон не смог лететь дальше. Он снизился и встал перед пьяницей во всем своем реальном облаке. Ему не хотелось таиться перед тем, кого отделял от Преисподней лишь один шаг. Перед тем, как появиться пред пьяные очи этого человека, он лишь на мгновение подумал о том, что обращался-то пьяница вовсе не к нему, а к Богу. Ну и что ж, решил он. Богу все равно не до того, чтобы внимать ропоту каждого смертного. Создатель точно сейчас не слышит его. А я услышал. И не могу пролететь мимо. И этот несчастный во всех своих бедах винит сейчас не себя, а какую-то Зинку.

Демон веселился. Он стоял на дороге, запахнувшись в темный плащ. Его развевающиеся на ветру волосы, исполинский рост и темный взгляд, полный таинственного зеленого света, вряд ли могли вызвать сомнения у прохожего, кто стоял перед ним этим снежным вечером.

Пьяница перестал причитать и довольно осмысленно уставился на Виктора.

— Ты знаешь, кто я? – громогласно спросил Виктор.

— Догадываюсь, – хриплым голосом, стуча зубами, произнес мужичок. – За душою моей пришли?

Демон расхохотался так, что с крыши соседнего дома посыпались охапки снега.

— На кой чёрт мне твоя душа?

— А зачем тогда?

— Хочу подарок тебе сделать. Проси чего желаешь, я исполню.

— А что взамен? Душу все-таки возьмешь? – не унимался пьяница.

— Ты глуп. Я же сказал, что не нужна мне твоя душа.

— А чего ж тебе надобно?

— Я просто добрый сегодня. Проси что хочешь, и я исполню.

Мужичок почесал затылок и изрек:

— А дайте, если вам не жалко, мне бутыль перцовки и сделайте так, чтобы Зинка меня снова полюбила. Чтобы не изменяла мне с Фёдором.

— Будет исполнено! – хохотнул демон.

Пьяница и глазом не моргнул, как обнаружил в своих руках увесистую и запотевшую от холода бутыль с перцовкой. А рядом с ней лежал хлебный каравай. И сверток с копченой селедкой.

— Ну, ты доволен?

— Премного благодарен, – пьяница низко поклонился демону в ноги.

— Ну, беги домой. Там тебя твоя Зинка ждет.

— А Федька ейный где?

— А Федька на заработки, в Орловскую губернию подался.

— Неужто правда?

— Говорю же тебе, беги.

— Спасибо тебе, добрый человек.

После слов пьяницы демона аж передернуло. Он взвился в небо и полетел прочь от Москвы. Когда он летел над Сергиевом-Посадом, то ощутил внезапную боль в спине. А после боли пришел и сильный жар. Такой жар, что ему стало трудно лететь дальше. Тяжело дыша, он опустился на землю. Это был берег незнакомой реки. Снежный панцирь сковал все вокруг плотным саваном. Только черная полынья блестела в свете большой луны. От полыньи взвивался к небу пар. Вокруг не было ни души. На милю вокруг не было видно ни одного человеческого жилья. Только обрывистый берег, высокие косматые сосны, тихая река, луна и звездное небо – простирались перед ним.