Книга Кукла. Я не была твоей, страница 22 – Настя Кравченко

Когда мы в постели, мы другие совсем. И он, и я. Он касается, а я думать перестаю, подчиняюсь его рукам. Тело его трогаю и реальность пропадает. Только желание это остается, непонятное мне. То, которое контролировать не могу. И не хочу. Только здравый смысл в итоге включается. Реальность настигает, и она совсем не радостная. Пять минут удовольствия, превращаются в долгие муки размышлений.

Богдан вышел из душа и вещи стал в сумку запихивать, довольно небрежно.

— Ты правда сейчас уедешь? Ночь же.

— Да. Антоха сейчас подъедет. Так что пошел я.

С дивана встала, одеялом обмотана. Ближе подошла, смотрю на него, а он на меня.

Чувствую прилив нескончаемой грусти. И что это я? Я же этого хотела. Не прямо сейчас, но хотела. Чтобы из жизни моей он исчез, так же быстро, как появился. Я теперь что? Мне грустно, даже печально. В груди заныло от тоски, боли какой-то. В глаза ему смотрю, кажется, что тоже самое чувствует.

Может и правда кажется? Богдан притянул к себе.

— На прощание поцелуешь?

Встала на носочки и коснулась его губ. Легонько, нежно, еле коснулась, а внутри новый взрыв. Не хочу отпускать. Или хочу? Отстраняюсь.

А вот и здравый смысл подоспел. Голоса в головне говорят со мной: «Сама. По собственной воле целуешь бандита. А двадцать минут назад вообще с ним сексом занималась. Сбрендила Дашка».

— Пока. Не умирай пожалуйста.

— Обещаю. Звони если проблемы будут. Я в долгу у тебя кукла.

Захлопнула входную дверь. Оглядела свою квартиру. Ну вот и всё. Возвращаюсь в привычную жизнь. Больше никакой стрельбы, ранений и необдуманных поступков.

* * *

ОН

— Домой едем?

— Домой Антох, домой.

— Че сорвался то среди ночи?

— Не твоё дело.

— Понял.

— Че там с Крайним?

— Хер разберешь. Притих падла, не к добру. Пацанов у него немного, но и у нас тоже. Я ещё десяток ребят взял. Молодые, тебя уважают.

— Это хорошо. Очень хорошо. По-тихому надо с ним порешать. Шумиха мне ни к чему. Сейчас не время светиться. Зверь приедет скоро, в конце месяца. Встретится хочу. Он в свое время весь город держал, пока в политику не ринулся. Поддержка его была бы кстати.

— Да он воротничком стал. Только в телеке и мелькает. Не думаю, что он делами еще ворочает.

— Такие люди, как он, просто так не бросают наш бизнес. Явно у него подвязки остались. Не сам, конечно, но людей после себя оставил, точно.

— Попытка не пытка, конечно. Но думаю побреет.

— Разузнай про него: когда приезжает, где жить будет. По максимуму.

— Сделаю.

— И к кукле пацана приставь. Пусть пару дней попасет. Мне докладывает. А лучше сам сделай.

— Понял, сделаю.

— Только без палива. Девка не дура, все замечает.

— В лучшем виде все будет Майор.

— Не сомневаюсь.

Тома встречает. Обнимает меня, слёзы катятся. Переживала за меня.

На пенсию не хочет уходить, все за домом присматривает. Всю жизнь мне посвятила. Хорошая она. Только она у меня и осталось. Она и Антоха. Все остальные либо в могиле, либо свалили.

Вот же жизнь повернулась как, неожиданно. Ну это для меня, батя то всегда меня себе на замену готовил. Мать другого хотела. Еще бы. Врагу не пожелаешь такую жизнь.

Бабки, телки, прислуга, как кукла говорит. Это все хорошо. Но сука так страшно бывает. В натуре страшно. Сижу в кругу, хер пойми кого. Сейчас они мне руку жмут, а через пять минут завалить задумают. Никому веры нет. До паранойи прям.