Книга Кукла. Я не была твоей, страница 21 – Настя Кравченко

Вот где все ответы. Мокрая. У меня внутри аж что-то взорвалось от такого, не ожидал. Через ткань гладить начинаю, а она глазки свои закрыла и стонет. Нравится. Рот затыкаю своим языком, бешенство нападает. Терпение кончилось и так столько продержался. Трусики с неё за секунду снимаю, сам раздеваюсь.

Руку её беру и на член свой кладу. Не понимает, что делать, подсказываю. На мысли себя ловлю, что ни одна баба с опытом, мне так приятно не делала. Ногу её повыше задираю, придвигаюсь. По ней проезжаю, так и тянет трахнуть. Но обещание сдержу, как бы трудно не было, сдержу. Внутрь направляю, отстраняется. Не пускаю, крепко держу.

— Не бойся. Больно не сделаю, — на ухо шепчу.

А она меня за плечи схватила, прижалась так сильно. Вхожу, не много. Девка и правда не тронута, потрахаться не получится, так нервы пощекотать. Но ей и этого достаточно. Извивается вся, на губы мои кидается, скулит уже, а не стонет. Я ее разгоняю пальцами, хочу, чтобы кончила, может добрее станет.

Хотя эта не станет.

На одном месте топчусь, не продвигаюсь. Еще пара движений и чувствую, как напряглась вся, трясется, в грудь мою зарывается, дышит часто.

Готова девка.

А я и сам еле держался, а от её напряга так и совсем сдался. Даже не понял куда кончил, все залил. Как пацан какой-то.

* * *

ОНА

Богдан меня футболкой своей вытирает, а я места себе найти не могу. Стесняюсь его. В комнате темно и не видно почти ничего, но как подумаю, что мы сейчас делали, краской заливаюсь. Убежать хочется, спрятаться. В дикий стыд окунаюсь, забываюсь. Потом опять к реальности возвращаюсь.

— Иди сюда. — Ложится рядом и меня к себе притягивает. Его тело — кипяток. Обжигающе приятно. Кожи его касаюсь, снова в низу все ныть начинает. А может и не прекращало вовсе? Он так сильно меня сжимает, поглаживает, отпускать не планирует. — Что молчишь?

— А что мне сказать? — Откашливаюсь, горло пересохло.

— Не понравилось?

— Понравилось. — Правду говорю. Тихо. Глаза опускаю от стыда, а он их и не видит. Губы облизываю. Сухой коркой взялись от жажды. Взгляд его сейчас представляю и чувствую, как щеки гореть начинают.

— Я рад. Со мной поедешь?

— Куда?

— Домой ко мне.

— У меня свой дом есть.

— Так у меня дом получше.

— Не поеду.

— Ну как хочешь. — Сильней сжимает. А мне вырваться хочется.

— Богдан, то что сейчас было, я даже не знаю, как сказать… — Отстраняюсь.

— Говори, как есть.

— Я не знаю почему я с тобой… ну вот это всё. У тебя жизнь непростая, а мне моя нравится. — Голос дрожит. Столько сказать ему хочется, но мысли путаются, не соображаю.

— Я так-то тебя замуж не зову. — говорит обидно, как всегда.

— Это я поняла.

— И я тебя понял. — сказал мужчина и встал с дивана.

— Я тебя обидела? — Он повернулся ко мне.

— Нет, просто ты другая. И наверно единственная баба на свете, которую я уважаю. Ща в душ схожу и поеду, загостился я.

Слышался звук текущей воды. А я так и сидела в постели, укутанная одеялом.

И как я позволила этому случится?

Не знаю. Он на меня как-то действует по-особенному. Манит. Будто власть надо мной имеет, подчиняет. А я и согласна на все. Любое желание выполнить готова, забить на гордость, на чувство собственного достоинства. Да и сейчас эти фразы уже не воспринимаю, как раньше. Запуталась. От эмоций этих голова кругом. Собрать себя не могу по частицам, на которые десять минут назад разлетелась по этой комнате.