Книга Кукла. Я не была твоей, страница 92 – Настя Кравченко

— Богдан, думай.

— Дашка молодая, ещё родит. — Антоха херню какую-то несет. Не слушаю.

— Не слушай его. Ты сам знаешь всё. — В лицо мне смотрит. Я бумаги хватаю.

— Дочку сначала, а Дашка у меня сильная, она ещё поборется.

Папку ей отдаю, она за двери уходит. Я в коридоре стою не знаю, что делать.

— Пойдем Богдан. Они выйдут. Пойдем, сядем.

На стул падаю. По сторонам смотрю. Зверь сидит в углу, охрана его. Мои пацаны подскочили. Антоха мне воду протягивает, жадно глотаю. Назад наклоняюсь, глаза закрываю. Сижу и мысли сраные из башки выгоняю.

Минут сорок наверно прошло. Врач вышел.

Я подскакиваю, все его окружаем.

— Дочка у вас. Три пятьсот. Дышит сама, хоть и недоношенная. — Порадоваться не успеваю. Другое интересует.

— Даша как?

— На операционном столе произошла отставка сердца…

Земля из-под ног ушла. Воздух не вдохнуть, будто кончился весь. Писк в ушах. Доктор продолжает:

— Сразу реанимировали. Стабильна. Переливание сделали. Дышит сама. В сознание пока не пришла, отвезли в реанимацию. Немного понаблюдаем и переведут в палату.

Шаг назад делаю. Антоха мне что-то говорит, а я по коридору иду.

— Майор, куда пошел?

— Щас Антох. Щас приду. Пять сек дай мне.

Еле до улицы добираюсь. Воздух вдыхаю. Вроде бы и поплакал, но не выходит. Просто иду. Прямо. Иду и иду. До лавки дошел, где с Дашкой сидели. Сел на лавку. Сижу. Голову вниз опустил.

Лицо руками закрыл, накатило…

ОНА

Глаза открываю. Тихо так. Прокручиваю в голове последнее, что помню. Мысли гоню, не хочу принимать реальность.

Голову опускаю, животика нет моего, а значит прокесарили.

Сколько время?

Темно на улице. Ночь? Вечер? Где все?

Палату оглядываю, Богдан вижу. Сидит так смешно, спит.

Немного откашливаюсь, чтобы сказать.

— Майор, подъем! — выходит не громко, но он как подскочит. Я смеюсь, смеяться больно немного.

Ко мне подбегает, глаза полны ужаса. Ни слова не говорит, целовать меня начинает.

— Напугала ты меня, кукла.

— Да ты вроде не из пугливых был.

— И я так думал. А у нас теперь дочка есть.

— Где она?

— Медсестра утащила. Сказала принесет скоро. Дашка, она такая красивая, прям как ты. На меня вообще не похожа. Я ее взял, смотрю, а она злится, я тебе реально говорю. Вот такими же глазищами дикими, как у тебя смотрит. Мне точно сын нужен. Я че с вами двумя делать буду? И Тома еще эта. Три получается. Засада полная.

На Богдана смотрю, смех не сдерживаю. Он, как Антоха тогда, все подряд несет. Переволновался бедняга.

— Чем там дело закончилось? Ну в доме том?

— Все нормально. Поговорили и разъехались. — Знаю, что врем мне, но делаю вид, что поверила.

— А со мной что было?

— Тоже ниче страшного. Это тебе сделали, как его, кесарево. И все, вот проснулась. Док говорил к утру, а ты сейчас.

— А сколько время?

— Двенадцать доходит.

Тут медсестра в палату заходит. Сверток мой дорогой несет.

— Вы пока ляльку свою держите, а я доктора позову. Вас осмотреть нужно.

Доченьку мне рядом положила, спит она, так сладко. А я взгляд от нее оторвать не могу. Идеальная просто. Совершенство мое.

— И как, у нас с тобой, такое чудо получилось?

— Не знаю Даш, тут больше твоя заслуга. Как ты меня назвала? А «донор спермы», на всю жизнь запомнил.

— Хватит говорить плохие слова при ангелочке, ей еще рано такое слышать. И не зли ее мамочку.

— Понял я, понял.

К личику ее приближаюсь, целую. Сладкая наша девочка.

Доктор пришел. Ужасы мне рассказывал, но я не слушала. Все мое внимание она забрала. Ушел.

— Дашка, я сгоняю домой? В душ мне надо, очень. А я тебе Тому ща пригоню, она там в коридоре сидит. Ей тоже не терпится. Я быстро, пол часика и вернусь, ладно?

— Давай.

Ко мне подходит и снова целует. А у меня душа на разрыв от счастья бесконечного. Кажется, пять минут назад я свой живот гладила, а теперь вот она моя жизнь рядом сопит.

* * *

Люди не меняются. И Богдан тоже не изменился, а и не зачем. Он покорил меня тогда и продолжает делать это каждый день.

Иногда вспылит, повысит голос, но тут же замолкает. Он все понимает и очень старается. Я это вижу, мы все видим…

Мы все-таки переехали в тот дом. Он и сам уже пожалел не раз. Бегает, играя в догонялки с маленьким метеором. А когда в гости приходит Максимка, так и вовсе гонки за первенство.

Они с Антохой без дела сидеть не смогли, что-то мутят. Говорят, что законное, верю. Отец контролирует, если что.

* * *

— Спит? — спрашиваю у Богдана.

— Спит. — Томкина сегодня смена. Пусть она ее ночью развлекает. Я вчера задолбался. Не, я ее, конечно люблю, но она по круче тебя мозги делает.

— Ученик превзошел учителя. — смеюсь, а Богдан злится.

— Я тебе сейчас покажу, кто кого превзошел.

— Ой, напугал. Мне не страшно…

— Раздевайся кукла, Майору поиграть захотелось…

Конец

Больше книг на сайте —Knigoed.net