Книга Михайловская дева, страница 53 – Лана Ланитова

— И что?

— О, я так далеко залезаю в дебри. Нам бы к практике быстрее перейти. Итак, Владимир Иванович, в качестве очередного наглядного урока, я отправлю тебя в коротенькое путешествие. Воплощение. И в нем ты будешь в женском теле. В теле девицы, по имени Мария Васильевна Курочкина, из села Большое Михайлово.

— Что?! – Владимир аж привстал. – Я совсем не хочу быть женщиной. Тем более девицей и с такой фамилией – Курочкина.

— Чем, помилуй, фамилия тебе не угодила? Обычная русская фамилия.

— Что за Большое Михайлово?

— Есть такое поместье в Орловской губернии.

— Не припомню я там такого поместья.

— А должен? Вспомни, я рассказал тебе о множественности пространств и их вариантов. А потом, даже в той жизни, где ты жил, ты не мог знать всех помещиков. Велика Россия, и несть счету ее землям.

— Ну, это да… И все же… Почему, меня и девицей?

— Родной мой, это – один из твоих уроков. Вспомни, сколько девиц при своей последней жизни ты попортил. А?

— И что? Теперь я сам должен оказаться в теле одной из этих дурех?

— Именно!

— Обрадовали, нечего сказать!

— Единственное, чем я смягчу твое пребывание там, так это то, что сия девица, Мария Курочкина, то есть ты сам, будет неглупа и немного образованна. Отец твой, зажиточный крестьянин, сумел откупиться от местного помещика сам и выкупил свою дочь. Но вот незадача. Отец твой погиб – угорел при пожаре. А тебя, сиротку, забрала к себе на воспитание тетка. А тетка эта – вдова, служит на кухне у барина. Так сказать, в личных его холопках. Исполнительна, пуглива, набожна.

— А где мать девицы?

— Да, забыл сказать, что мать умерла родами. Отец один воспитывал Машеньку.

— Ну, все у вас «не слава богу».

— Легких путей не ищем, – усмехнулся Виктор.

— А дальше что? Раз отец оформил и на дочь вольную грамоту, так что ей бояться? Пусть замуж за такого же свободного и выходит.

— Угу. Пусть. Только как все сладится на яву, одному богу известно. Вот я и пошлю тебя в одну из своих сказок. Хочу предупредить сразу, что местный помещик, в чьей деревне проживает девица, скотина отменная.

— Кто ж из помещиков ангелом-то бывает?

— Не скажи, бывают и среди вашего брата весьма почтенные граждане. О совести, морали и вере представление имеют. Но этот, Михайлов Роман Алексеевич, образован средне, дворянин, но без титула, богат, однако, хитер, изворотлив, пакостлив как кот, и конечно, слишком охоч до плотских утех. Гарем у него из крестьянок, и даже театр свой собственный. Ничего не напоминает вам, господин Махнев?

— Разве что некая схожесть фамилий: Махнев и Михайлов! – фыркнул Владимир. – А той девице, в которую вы меня обрядите, какое до него дело? Раз есть «вольная», то чего ей опасаться?

— Ровным счетом – ничего-с! – усмехнулся демон.

— А этот Михайлов женат?

— А как же! Все как положено: супруга, пятеро ребятишек.

— А лет ему сколько?

— Тридцать шесть годов. Является собственником трех тысяч крепостных душ. Собирается на днях еще человек пятьсот прикупить, ибо дела его идут в гору. Член уездного дворянского собрания. За свое богатство уважаем и любим высоким начальством. Имеет много друзей.

— Да, бог с ним, с вашим Михайловым. Может, не настолько он и плох, как вы его «малюете».

— Может, может… Это только вам решать потом, каков он, – хитро улыбнулся демон.