Книга Блуждание во снах, страница 177 – Лана Ланитова

— Идем. Я покажу тебе, – выдохнула мертвая генеральша.

— Что?

— Идем…

Ее бледные губы почти не шевелились. Все слова раздавались в моей голове. Сначала мы свернули к комнате, где жила экономка. Покойница провела рукой, облаченной в саван, и толстая стена сделалась почти прозрачной. Казалось, что комнату немки отделяет от нас лишь тоненькая паутина. За ней я разглядела Хильду Ричардовну, колдующую над таинственными склянками и пузырьками. Важная и затянутая в корсет днем, теперь под покровом ночи, она казалась очень жалкой, в набивной теплой рубахе и нелепом чепце. Трясущимися от волнения руками она отчитывала количество какого-то зелья. Темная жидкость пухлыми и жирными каплями вливалась в бутылек с широким горлышком. О боги, это был точно такой же бутылек, из которого меня поила лекарством горничная Павлина. Что она подливала в него? Когда правая рука освободила склянку, я прочитала зловещее слово – «Яд». Теперь мне стало все понятно. Вот уже месяц, как старая карга перехватывала лекарство, присылаемое доктором Ригелем, и подливала туда мою смерть. Вот почему я угасала день ото дня. Вот откуда рождались все эти странные и гибельные видения. Но за что? Призрак затрепетал в негодовании. По усмешке, перекосившим лицо Ольги, стало понятно, что она знала правду и ныне рада тому, что и мне она, наконец-то, открылась.

Спустя несколько минут призрак Ольги повернул назад, к холодному тоннелю. И снова этот хлюпающий звук – так чавкают башмаки на болоте. Влажный холод сковал все тело. Мы проскользнули сквозь толстую, похожую на пласт тугого холодца, стену. Ольга летела рядом, не касаясь ногами пола. И вновь нас встретили странные обнаженные призраки, фланирующие меж галерей и веревок, завешанных белыми простынями и тряпками. Мы шли недолго, и вновь рука Ольги потянула меня в сторону. Мы вышли из липкого и холодного тоннеля.

В глаза ударил яркий, слепящий свет, ветер разметал пряди моих волос, мокрые брызги коснулись лица. В пяти шагах, острым кинжалом, землю распорол разряд молнии. На мгновение вся округа осветилась ярче, чем днем – мокрая трава, полуголые деревья и белая статуя. В лицо ударили струи дождя. Я тут же промокла до самых костей. Я стояла в ночном лесу усадьбы Корытова, рядом с японской вишней и беломраморной статуей покойной генеральши. Сама же генеральша никуда не исчезла. Ее призрак все также парил рядом, не касаясь земли восковыми пальцами ног.

Ольга кивнула мне и подлетела к своему каменному изваянию. Призрак облетел статую со стороны вишни и поманил меня. Я последовала за ним. И снова небо содрогнулось от яркой молнии, а затем ударил и гром. В этой вспышке я увидела то, зачем покойная генеральша проделала весь этот путь. В жухлой, подернутой осенней желтизной траве, прямо у постамента фигуры, что-то блеснуло. Я наклонилась ниже. На земле лежал турецкий кинжал с красивой рукояткой, украшенной синими сапфирами.

— Возьми его и убей! – проговорил призрак, не разжимая губ.

Удивительно, но я не стала требовать никаких объяснений. Я знала, кого должна убить.

А далее, господа, я очень плохо помню детали. Все было, словно во сне. Я снова куда-то бежала, царапая в кровь руки и лицо, падала на скользкой траве, ветер трепал мои волосы. Я с силой толкала какие-то двери, брела наугад. В моей голове пульсировала лишь одна страшная мысль: убить подлеца генерала. Не помню как, но я оказалась в спальне ФФ. Я уже занесла руку над спящим телом моего обидчика. И только тут я разглядела то обстоятельство, что рядом с генералом, прямо в его объятиях, лежала красивая обнаженная девушка. Это была блондинка удивительной красоты, новая невеста генерала – княгиня Лидия Фролова. Девушка была так хороша, что я невольно отпрянула. Ревность и обида ударили мне в голову. Меня заменили. И замена была много лучше, красивее и породистей, чем я сама. По крайней мере, в это мгновение я рассуждала именно так. Кто я? И кто она? Мне даже показалось, что я впервые прозрела после страшного омута тяжелой болезни и безумия, в котором я провела долгие дни и ночи.