Книга Глаша 2, страница 90 – Лана Ланитова

Глаша слушала Мари, затаив дыхание.

— Пройдись по комнате и нагнись.

Глафира исполнила приказ.

— Ниже… Так! Великолепно. Там тебя попросят о том же. Ты уже течешь… И чем шире ты будешь расставлять ляжки и ниже наклоняться, тем быстрее озолотишься, моя девочка. А замуж ты всегда успеешь. Мы подберем тебе со временем самого богатого и самого старого князя или барона.

— Почему старого? – удивилась Глафира.

— О, неиспорченное жизнью создание. Тебя все тянет на любовь с прекрасным мужчиной? Глупышка. Старик быстро умрет, а ты останешься богатой вдовушкой. И тогда все кобели мира будут у твоих прекрасных ножек.

— Но я вообще-то замужем.

— О, это детали. Тот фарс, что разыграл с тобой Владимир, была жестокая шутка с его стороны или со стороны его желчной матушки. Однако твоя канцелярская крыска даст тебе развод молниеносно, стоит лишь хорошенько ему приплатить. Как многое решают в наше время деньги. Береги себя, девочка! Ты – настоящее сокровище. Природа мать щедро одарила тебя такими достоинствами, коих совсем нет у сотни иных женщин. Я люблю тебя, милая. Ступай в зал бордо и сведи всех с ума. Кстати, когда ты идешь, то груди твои великолепно подпрыгивают.

* * *

Глафира вошла в бордовый зал тогда, когда там было уже довольно публики. Хорошенькие полуобнаженные женщины сидели на мягких диванах и креслах, мужчины стояли рядом и вели с ними, казалось, обычные светские беседы. И никого не смущало то обстоятельство, что все мужчины были одеты во фраки, а женщины почти полностью обнажены. Лилось шампанское и вино. Глафира прошла мимо толпы и тихонечко присела на край бархатного дивана. На нем уже восседала одна миловидная брюнетка с ослепительно белой кожей и маленькими острыми грудками. Длинные волосы брюнетки были так же, как и у Глафиры, завиты в локоны, а на голове красовалась алмазная диадемка.

Глаша чувствовала на себе десятки восхищенных взоров из разных углов довольно обширного зала. Как мы упоминали ранее, освещение этого знаменитого и вызывающего зала бордо было намного ярче, чем освещение синего зала. На стенах и по углам этой комнаты горело множество газовых фонарей, отчего воздух казался чуточку душным. Разбавлен он был и мускусным запахом возбужденных мужчин, флером таинственных благовоний и сильным, навязчивым ароматом женского секрета. Здесь царил густой и потрясающе откровенный дух. Дух человеческой похоти и нескрываемого вожделения.

Гостей здесь было чуточку меньше, и все они были достаточно состоятельными людьми. За роялем снова сидела обнаженная брюнетка с бритым лобком. На этот раз она была не одна. Рядом с ней стояли два скрипача в строгих фраках. Троица исполняла Венгерский танец № 5 Брамса. Залихватская музыка задавала озорной и беспечный настрой. Один из джентльменов в нервном ритме танца кружил молоденькую девушку в корсете, но без панталон. На них смотрели все остальные гости. Корсет златокудрой красавицы совсем не скрывал обнаженных грудей. Они подпрыгивали на каждом дерзком пируэте. Кто-то из мужчин даже хлопал смельчакам в такт. Мелодия сия промчалась быстро, и пианистка снова заиграла Брамса. На этот раз это был Венгерский танец № 1. Потом зазвучали аккорды и второго номера.

«Какие шалуны, – подумала Глафира. – Ну вот, теперь на меня смотрят почти все. Так и хочется всем показать язык. Вот бы был сущий конфуз, – она тихонько рассмеялась».