Книга Глаша 2, страница 168 – Лана Ланитова

«Эх, кабы не этот неприятный месье с французской фамилией… Лучше бы это был, скажем, Гринберг».

Ровно к шести вечера за ней заехал экипаж с темным крытым верхом, запряженный двумя вороными. Лошади фыркали и били копытами. Глафира спустилась вниз. Татьяны рядом не было, Мари послала ее в какую-то швейную лавку. Глафира спокойно села в экипаж. И услышала глухой голос спутника: «Трогай!»

Возница обернулся и коротко кивнул. Солнце еще не село за горизонтом, день был жаркий. От быстрой езды ветер чуть растрепал Глашины локоны. Горячего лица коснулись свежие воздушные струи.

«Интересно, куда мы едем? – думала Глаша. – Этот месье повезет меня к себе или мы поедем в ресторан?»

Месье не разговаривал с ней дорогой, Глафире казалось, что с противоположного конца экипажа идет немыслимый холод. И от него очень странно пахло. Но, чем? Отчего-то ее сердце забилось чаще, а руки похолодели, не смотря на жару.

— Месье Durand, простите, а куда мы едем? – Глаша стала тревожно всматриваться в незнакомые улочки.

— Вы правильно поняли, мы едем в сторону Тентелевского^[45] кладбѝща.

— Зачем? – Глаша округлила глаза.

— Не стоит бояться, сударыня. Смерти вообще не надо бояться. А тем паче, мест, где покоятся мертвые, – сухо заметил ее спутник. – И к тому же, мне просто надо заехать по дороге в одну часовню. Она стоит именно на этом кладбѝще. Там служит мой старый товарищ, и я обещал доставить ему из Франции письмо от родственников. Простите, что заставляю вас заниматься немного и моими делами. Но это не займет много времени. Всего несколько минут. И мы с вами поедем… – лицо Durand скривилось в холодной усмешке. – Пожалуй, поедем дальше. На прогулку по столице.

Глаша с трудом смотрела в его впалые глазницы, откуда тянуло страхом. Лошади спешились. Мелькнула некрашеная чугунная ограда. Возле кладбища не было людей. День катился к вечеру. Здесь, возле ворот, под сенью высоких дубов, кленов и лип стоял прохладный сумрак, застрекотал ранний сверчок.

— Месье, я не люблю кладбищ, а потому можно я останусь в экипаже и подожду вашего возвращения?

— Нет, вы должны пойти со мной. Право, вы лишь разомнете ноги, а я готов вас познакомить с хорошим духовником. У него сейчас начнется служба. Вы не должны противиться моим приказам. Ваше положение обязывает быть послушной.

— Хорошо, я поняла, – вспыхнула Глаша и сошла с экипажа, не воспользовавшись протянутой рукой Durand.

Со скрипом отворились ржавые ворота. Durand повел ее по дорожке, посыпанной песком. По обеим сторонам которой уныло и одиноко высились побитые временем и ржавчиной железные и каменные кресты, были здесь и деревянные изваяния, попроще. Казалось, что за этой, старой частью кладбища, давно никто не ухаживает. Густая трава покрывала могильные плиты. Было здесь и множество каменных склепов, тоже заброшенных и давно не крашеных, с покосившимися дверями, прогнутыми наружу и забитыми гвоздями. Казалось, что двери расперты изнутри, будто из склепов давила на них какая-то таинственная сила. За деревьями мелькнул бурый от старости купол высокой часовни, увенчанный сломанным крестом. Вместо креста на куполе оставалась одна лишь гнутая железная палка.

«Что это? – летуче подумала Глафира. – Разве в этой часовне может кто-то служить? Зачем я тут? Господи, по-моему, надо бежать. Куда я иду?»