Книга Глаша 2, страница 144 – Лана Ланитова

— Не трави душу, – отмахнулась Глаша. – Вспомни, где мы с тобой. Скажи спасибо, что не по десять за ночь, да в очередь, как в доме Де Роберти. Там бы давно уже прибили или за*бли до смерти.

— А тут не до смерти? – взвилась Таня. – Я ведь тебя еле в чувства привела. Так и то, потому что святая вода в бутыльке, в кармане была. Взяла в церкви, как знала. Почему ты сознания лишилась? И где эти чернявые ироды?

— Наверное ушли, пока я спала. Таня, я ничего не помню. Все как во сне. Может, Мари меня чем опоила?

— А может и так, с нее станется, – прошептала Таня, косясь на дверь. – Ты не видела их?

— Глаза мне шарфом завязали, а после почти ничего не помню. Все, словно во сне.

— А зеркало кто разбил?

— Не знаю. Может, кто-то из них нечаянно?

— Из них? А спишут за ремонт с тебя.

* * *

Через неделю ее навестил князь Вольский. Он был немного торжественен и сильно волновался.

— Глафира Сергеевна, я не навещал вас целую неделю, потому, что был занят. И пришел сейчас, чтобы сообщить вам о смерти моей супруги. Все эти дни я был занят похоронами и поминками.

— Я соболезную вам, князь, – прошептала Глафира испуганно.

— Спасибо, – кивнул он.

Они оба помолчали. Возникла неловкая пауза. Первым нарушил тишину князь.

— Глафира Сергеевна, вы должны понимать, что я, как порядочный человек и муж, сделал все, чтобы уход моей супруги не был столь мучительным для нее самой. Я нанимал лучших докторов, с ней постоянно находился рядом священник. Я до конца исполнил свой долг, проводив ее в последний путь. Спустя время, я закажу ей на могиле хороший памятный крест, за могилой будут ухаживать люди. Я сделал все, что мог. И совесть моя чиста. Я и ранее говорил вам, что мой брак нельзя было назвать счастливым.

— Константин Федорович, не надо об этом. Пусть земля будет пухом вашей супруге. Как ее звали?

— Ее звали Елизаветой.

— Я обязательно помолюсь за упокой ее души.

— Да, всенепременно, – руки князя дрожали. – Мне сложно сейчас об этом говорить, однако, и медлить я тоже не намерен. Глафира Сергеевна, – князь прокашлялся. – Я прошу вашу руку. И готов немедленно ехать с вами за границу.

— Князь, вы сошли с ума! – воскликнула Глаша. – Вы же русский человек и православный. Да кто же нас обвенчает тотчас? А как же траур? Да, если бы даже я оказалась столь сумасшедшей и согласилась бы выйти замуж за вас сейчас, то не были бы мы счастливы ни дня. Примета есть такая.

— Сколько вы намерены ждать?

— Какой странный вопрос? Не я намерена. Есть общие правила – должен пройти ровно год.

— Я не смогу ждать целый год, – отчеканил он. – У нас слишком мало времени. Я не молод. Нам надо успеть, родить детей.

— Константин Федорович, я все понимаю. И не отказываю вам. Я согласна выйти за вас. Только у меня есть одно условие: куда бы я ни поехала с вами, со мной непременно должна остаться моя подруга, Татьяна Я не брошу ее здесь одну. Она скромная, работящая и добрая девушка. Она давно для меня самый близкий человек.

— Подруга? – чуть удивленно спросил князь.

— Нет, не подумайте, она не гризетка. Она швея. Из бывших крепостных.

— Ну, хорошо. Конечно, я не намерен разлучать вас с подругой. Ей всегда найдется место в моем доме.

— Благодарю вас, – Глафира кивнула. – Еще одно. Мне придется развестись с моим бывшим супругом. Это потребует времени и денег.