Книга Чтоб ты подавился!, страница 14 – Виктория Браунли

— Итак, Хлои, – прервал я бесконечный рассказ Джульетты на тему сексуального официанта в баре «Ля Дилетант», – поедешь с нами на выходные?

Она задумчиво посмотрела на меня. Это уже прогресс.

— Ты точно поедешь? – ответила она вопросом на вопрос.

— Я не могу пропустить такое, – ответил я. – Я уже подтвердил Максу свое присутствие. Решил показать рвение.

— Что значит «уже»? – нервно спросила она.

— Написал ему на почту, – объяснил я, взяв со стола телефон.

— О… – удивленно охнула она.

Я решил забросить удочку:

— Кто бы ни получил в итоге работу, выходные будут очень интересными. Жаль, что придется подписать соглашение о неразглашении, наверняка у нас было бы что рассказать по приезде.

— Думаешь? – спросила она.

— Это же Карла Дури, – со знанием дела заявил я, хотя и понятия не имел, зачем ей вообще понадобились юридические подстраховки. И что она собиралась с нами делать.

— Она уже проводила подобные собеседования? – спросила Хлои.

— Я, конечно, не эксперт, но мне кажется, Карла не всегда играет по правилам. И от этого ситуация становится еще более захватывающей.

— Именно поэтому я в сомнениях, – заметила Хлои.

— Это потрясающая возможность. Было бы глупо просто так от нее отказаться, – заявил я.

— Я просто не уверена, что мне такое подходит, – дипломатично улыбнувшись, призналась она так, словно хотела завершить диалог. Но я был твердо намерен ее уговорить. Она должна была поехать с нами. Ведь я знал, что все равно буду думать о ней все выходные.

— Тебя пугает двухдневное собеседование? – допытывался Генри.

«Не стоит меня недооценивать», – подумала я, хотя двухдневное интервью и правда было одним из самых странных мероприятий в моей парижской жизни. (И это уже о многом говорило. Ведь не так давно меня пригласили на «ланч в четыре пары рук» – мероприятие, когда мы должны были вслепую оценивать блюда нескольких шефов и угадывать, какое кому принадлежит. Это был хаос, в котором было ущемлено множество самолюбий.)

Казалось, Генри настойчиво выяснял, поеду ли я с ними, и бог его знает, зачем ему это понадобилось. После еще пары бокалов вина беседа за столом пошла веселее, и все заговорили так, словно внезапное приглашение в Антиб за день до выезда – дело вполне естественное.

— Меня не так легко напугать, – солгала я.

— Тогда, может, тебя беспокоит перспектива работать с Карлой? Говорить с ней на французском? – предположил он.

Глядя на него, я пыталась понять, получает ли он удовольствие, ставя мои способности под сомнение? Но выглядел он вполне искренне и даже дружелюбно.

— Вовсе нет. К тому же Карла прекрасно говорит на английском. Я просто не уверена, что свободна в эти выходные. Приглашение поступило слишком внезапно, – призналась я, вспомнив свои планы на Лондон. Хейзел будет раздавлена, если узнает, что я бросила ее ради того, чтобы важно разгуливать по югу Франции и биться за возможность надолго остаться в этой стране.

— Порой лучше отбросить сомнения, – лучисто улыбнувшись, заметил Генри.

Дверь распахнулась, и все замолчали.

Шесть официантов, фланируя, с удивительной синхронностью вошли в комнату.

— Ягненок в трех видах моркови, – произнес один из них с сильным английским акцентом, и, поставив тарелки, они скрылись из виду.