Книга Между Сциллой и Харибдой, страница 58 – Бронислава Вонсович

Рауль ещё раз прошёлся, проверил рисунок, досыпал порошка в паре мест и лишь потом начал читать заклинание, длинное, тягучее и сопровождающееся множеством пассов. Судя по тому, что я его не запомнила, Эстефания заклинанием стазиса не владела. А если владела, то точно не таким.

Свечение с рисунка переползло на кристаллы, они вспыхнули, словно факелы, и накрыли светом уже взрывной артефакт, после чего тот перестал мигать и гудеть, а также создавать толпы гадких мурашек и вызывать тошноту.

— Получилось? — неверяще спросила я.

— Разумеется, получилось, Катарина, — снисходительно ответил Альварес. — Не зря же мы с Раулем столько высчитывали и вымеряли.

Положим, вымерял в основном Рауль, а мой куратор в это время только и делал, что выскакивал из комнаты, чтобы отдышаться.

— Проблема в том, что стазис этот артефакт долго не удержит, — заметил Рауль. — Даже при постоянной подзарядке.

Прибирать место ритуала он начал сразу же: складывал нерастраченные остатки зелий и порошка, а также все артефакты, которые участвовали в расчёте и расстановке.

— Взрывать надо, — бросил Альварес, который и не подумал помочь и сейчас стоял с таким гордым видом словно принцем здесь был он.

— Что вы говорите, сеньор! — возмутилась я. — Здесь нельзя взрывать.

— Я и не говорю, что здесь, — удивлённо ответил Альварес. — Всю эту конструкцию придётся вырезать и переправить куда-нибудь туда, где взрывом ничего не повредит.

— Желательно поближе к Пфафу, — сказал Рауль.

— Почему вдруг к Пфафу?

— Чтобы никто не удивился, когда мы отправим группу на исследование этого феномена. Но сначала надо решить вопрос с имитацией взрыва тут, чтобы у Муриции не появилось сомнения, что устройство сработало.

Альварес нахмурился.

— Как бы наши суеверные обыватели не посчитали это плохим знаком.

— Напротив. Запустим слух, что это знак Двуединого, что наша страна в Сиятельных не нуждается. А это повод для молебнов по стране, которые будут прикрытием для сокращения количества червеобразных демонов. Обстановка улучшится, и обыватели заговорят уже о правильности курса и благословении Двуединого.

— А если заклинание не сработает? Вдруг оно требует Сиятельности? — неожиданно предположил Альварес. — Нужно, чтобы с нами поехала Катарина, если что — проведёт она.

Надо же, я была уверена, что он потерял ко мне интерес, как только узнал о моей Сиятельности, но нет, его предложение указывало на обратное.

— Я уверена, что такого ограничения нет, сеньор Альварес, — возразила я. — Вы прекрасно справитесь без меня. И без того уже обо мне ходят сплетни. Ваша любимая Эрнандес постаралась.

— Катарина, вам уже без разницы: сплетней больше, сплетней меньше, — усмехнулся Альварес. — Всё равно ведь сплетни ходят про Катарину Кинтеро, которой скоро не будет.

— Кто знает, как долго мне придётся носить эту личину, — сказала я. — И кто знает, не удастся ли потом связать её со мной настоящей. Так что чем меньше я подам поводов для сплетен, тем лучше.

— Катарина права, Хосе Игнасио. Мы её привлечём, только если заклинание у нас не пойдёт, но мне кажется, сложностей не возникнет, — решил Рауль. — А вот когда соберёмся в Пфаф, возьмём с собой.

Выглядел он усталым, но всё же не ушёл из комнаты, пока не добавил контролирующее заклинание, которое даст знать, если стазис внезапно слетит раньше времени. Дверь Рауль запер из предосторожности, сказав, что кто-то ненароком может нарушить контур, чего допустить нельзя.