Книга Между Сциллой и Харибдой, страница 155 – Бронислава Вонсович

— У меня оставались долги перед тем миром. Сегодня я их закрыла. Но меня ужасно беспокоили ваши дела в этом. Ты со мной не связывалась, поэтому я чертовски переживала.

Я посмотрела на них по очереди так, чтобы они поняли всю нехорошесть своего поведения. Особенно досталось Альбе, но она не смутилась, лишь вздохнула тяжело и пояснила:

— Это было вынужденной мерой, донья, иначе бы мы вас не вытащили. Если бы вы видели, какой сложнющий ритуал придумали Бернар и сеньор Рауль. Но на него нужна была прорва энергии, в том числе вашей, вот и пришлось мне экономить. Вы были слишком далеко, донья. Знаете, как тяжело с вами было связаться? Да и то, полноценной связи не было: пара фраз — и меня выбрасывало, а энергии уходило на полноценный ритуал.

— И что теперь?

Я повернулась к Раулю, вопрос был адресован ему. Чёрт возьми, я прыгнула в неизвестность, повинуюсь эмоциям, но сейчас для меня моё будущее здесь было столь же неясным, как и в том мире, из которого я переместилась.

— Донья Катарина, — он неожиданно опустился передо мной на колено, — прошу вас стать моей супругой.

— Что? — опешила я.

— Я понимаю, что о таком нужно было спрашивать до того, как выдергивать из привычного вам мира, но говорить об этом уже поздно. Если вы вдруг предпочитаете мне Хосе Игнасио, то я не буду стоять на пути вашего счастья.

— Двуединый, при чём тут Альварес? — я отмерла. — Разве вы можете жениться на мне?

— А почему нет? — удивился он. — Брак с вами не приведёт к спору с Мурицией за герцогство. Да и вообще ни к какому спору — вы не имеете ни малейшего отношения к Муриции, слава Двуединому.

— Но принц не может жениться на ком попало…

— Катарина, это вы кто попало? — хихикнул Бернар. — Да вы последняя Сиятельная. Это чего-то да стоит. И даже когда потеряете Сиятельность, то останетесь сильным магом и красивой женщиной. И потом, король Луис уже дал своё согласие.

— Но если Рауль видел меня такой, какая я сейчас, то получается, меня такой видел и Теодоро? Не возникнут ли проблемы с ним?

— Бернар считает, что мы используем разные ритуалы. Ритуал мурицийского короля привязан к телу, поэтому становится эффективней при использовании крови того, с кем собираются связаться. Тот, что использую я, завязан на душу, поэтому эффективней при использовании фамильяра.

Рауль всё так же стоял передо мной на колене и ждал ответа. Но мне хоть и хотелось согласиться, но я опасалась последствий. Если не Теодоро, так Эстефания точно меня узнает: сложно не узнать того, чью физиономию ты столько времени наблюдала в зеркале.

— А если Бернар ошибается?

— То Теодоро будет молчать. Катарина, мне ещё долго ждать твоего ответа? У меня сегодня был очень тяжёлый день, завершившийся сложным ритуалом, я устал, знаешь ли…

— Да согласна она, согласна, — проворчал Бернар. — Просто боится за тебя, поэтому не торопится с ответом. Донья, мы всё продумали, даже нашли вам подставных родителей. Они буду счастливы принять вас в свою семью.

— Не разочаровывать же достойных людей? Придётся согласиться.

Стоило нам выйти из комнаты, где Рауль проводил ритуал, как мы тут же наткнулись на короля Теофрении. Я могла бы сказать, что я сразу поняла, кто это, по властной ауре, которая распространялась от ожидающего нас. Или по семейному сходству с Раулем и Марселой. Но нет, сеньор выглядел совершенно обычным человеком и если у него и были общие черты с детьми, то в глаза они не бросались. Корону он также не надел. А догадаться мне помогло удивлённо-растерянное «отец?» от Рауля.