Книга Между Сциллой и Харибдой, страница 152 – Бронислава Вонсович

Месяц пролетел как один день, но получив заветную бумажку о разводе, я была вынуждена признать — больше ничего добиться не получилось. Мир меня не принимал, словно я представляла собой нечто чуждое ему: я не находила работу, не смогла помириться ни с сестрой, ни с подругами, и даже квартиру не нашла. Нет, мне что-то навилось, но всё срывалось ещё на стадии переговоров: то на квартиру находился более шустрый покупатель, то продавцы внезапно передумывали продавать, то документы на квартиру оказывались не в порядке. Меня словно преследовал злой рок, и я никак не могла перестать об этом думать. А ещё Альба. Связь между нами никуда не делась, даже прочнее стала, но связаться с фамильяром больше ни разу не получилось. И я всю голову сломала, пытаясь догадаться, не случилось ли чего с Альбой. Я точно помнила, что у хозяина и фамильяра должен быть постоянный контакт, но, что грозит фамильяру при его отсутствии, понятия не имела, поэтому ужасно переживала, как бы сделанный Альбой выбор не оказался для неё роковым. Сейчас я даже отпустить её не могла — для этого требовался контакт физический. Разве что как-то перетащить её сюда?

— Катюш, я твою просьбу выполнил. И полагаю, что мы можем начать всё с чистого листа, — неожиданно сказал Саша.

— Ты о чём? — очнулась я от невесёлых размышлений.

— О том, что я теперь могу с чистой совестью за тобой ухаживать, — пояснил он. — Я же больше не под флёром, не так ли?

Предложение мне активно не понравилось.

— Я бы не была в этом столь уверена, Саша. Он из тебя ещё долго будет выходить. В идеале нам бы с тобой вообще встречаться пореже. Но занятия… И эта заколдованная квартира, которую я никак не могу купить!

Я в сердцах стукнула кулаком о кулак, и Саша успокаивающе взял меня за руку.

— Если для тебя это так важно, то квартиру могу купить себе я, — предложил он. — А ты останешься в нашей.

— Ты не понимаешь, — поморщилась я. — Она для меня совершенно чужая. Эстефания обустраивала её под себя, и она на меня давит.

— Мне кажется, ты преувеличиваешь. Квартира — это всего лишь каменная коробка. Выбрось оттуда всё на помойку, замени своим — и следа от бывшей хозяйки не останется. Как ты сделала с одеждой. Сделай так же и с мебелью. Деньги у нас есть.

Строго говоря, одежду до помойки я не донесла — её забрала домработница, очень удивлённая моим страстным желанием избавиться от всего гардероба сразу. Думаю, мебель она тоже с радостью забрала бы, но к чему ввергать Сашу в дополнительные траты? У меня своих денег пока не было.

— У тебя, Саша, — поправила я. — Не у нас.

— Катюша, ты же понимаешь, что если бы получилось так, как хотела она, от моей клиники ничего бы не осталось? Только твоя помощь позволила выйти без потерь. А занималась ты со мной сколько? Поэтому эти деньги не мои, они наши.

— Саша, ты преувеличиваешь. Ты — талантище, — искренне ответила я. — Ты и без магии справился бы, а она хотела лишить только дополнительных возможностей.

Его зацикленность на мне до конца не исчезла, но теперь я не была уверена, что дело только во флёре. Кажется, я и сама по себе нравилась Саше. И всё же для меня это выглядело ещё одной связью, которая осталась после Эстефании и которую нужно было рвать. Я хотела, чтобы он был счастлив, но не со мной. Вариант с квартирой в другом городе уже не казался таким плохим — всё равно в этом у меня ничего не осталось и ничего не образовывалось заново.