Книга Нечаянное турне, страница 89 – Бронислава Вонсович

— Тогда прямо сейчас и попробуете, – решил Песцов и отключил свой не слишком полезный артефакт.

Я тоже убрала купол и никак не ожидала того, что случилось потом. Княжеские щупы потеряли опору, а поскольку Соболев на них давил изо всех сил, то потерял опору и он, свалившись на пол от неожиданности и пропахав носом почти до моих ног. К его чести, невозмутимость он почти сохранил и поднимался воистину по-княжески. Даже платок, приложенный к носу, оказался с монограммой. И крови на нем было не слишком много.

— Что это было, ваша светлость? – недоуменно спросил Песцов.

— Мисс Мэннинг, каково ваше решение? – игнорируя его полностью, спросил меня князь, делая вид, что не смог удержаться на ногах, пав жертвой моей красоты и таланта.

Я кивнула. В конце концов, хуже уже быть не может. А так возможны варианты. Может, мой голос, усиленный артефактом, заставит всех резко поглупеть и отвезти меня на вокзал к поезду до Царсколевска? Похоже, это единственный вариант выбраться из капкана.

Главным украшением музыкального салона Соболева был рояль с сияющей золотом надписью: «Bösendorfer». Название на немецкий лад намекало на рояль самого высокого класса. Не будут же везти издалека дешевую поделку? Страшно представить, сколько стоила доставка. Наверное, мне полагалось выразить восторг аханьем и закатыванием глаз, но делать этого я не стала, поскольку совершенно не разбиралась в роялях, поэтому за меня это сделал Песцов:

— Ваше сиятельство, если бы мисс Мэннинг знала, что у вас стоит такое чудо, она бы уже была здесь, – заявил он, влюбленно гладя черную лакированную крышку, – и вовсю проверяла бы столь редкий экземпляр.

— Хм… – выразила я свое сомнение.

Голову я держала высоко, но внутри прочно поселилась уверенность в том, что все гладко не пройдет. Слишком странно ведет себя Соболев. Вдруг он внес нехорошие исправления в артефакт, когда его обнаружил? Или Песцов ошибается и этот артефакт подчинялся только почившей хозяйке?

— Филиппа, вам непременно понравится звучание, – воодушевленно продолжал Песцов. – Этот рояль не может звучать плохо при любом исполнителе. Кстати, ваша светлость, а кто будет аккомпанировать мисс Мэннинг? Вы писали, что обеспечили аккомпаниатора, соответствующего уровню приглашенной знаменитости. При всем моем уважении, ваша светлость, не имели же вы в виду себя?

Князь недовольно нахмурился, явно оскорбленный подобным предположением, но все же снизошел до объяснения:

— Аккомпаниатор вернулся в город, узнав о трагическом происшествии. Как и гости, которые рассчитывали на ваш концерт, мисс Мэннинг. Но поскольку концерт у нас теперь в весьма усеченном варианте как по номерам, так и по слушателям, я удовольствуюсь самым скромным аккомпанементом. Услышать голос мисс Мэннинг – бесценно.

— Хм… – только и выдавила я из себя, обнаружив, что князь надеется на то, что я буду не только петь, но и музицировать.

Я растерянно посмотрела на Песцова, пытаясь передать ему на расстоянии мысль, что игра на клавишных инструментах не является моей сильной стороной. Да, Волков говорил, что я умела играть на фортепиано, но, увы, играла не я, а та Лиза, чьи навыки мне не достались. Да и достались бы – вряд ли я смогла бы наиграть что-то из репертуара мисс Мэннинг.