Книга Завещание инора Бринкерхофа, страница 69 – Бронислава Вонсович

Как много изменилось в моей жизни с появлением Рихарда. Те вещи, что казались такими важными, нынче не представляют ни малейшего интереса. Хорошо или плохо, что я отказалась от семейного дела, покажет только время. Но одно я знала точно – я рада, что не придется больше встречаться ни с инором Тидеманом, ни с его сыном.

Когда поутру Рихард удивился, увидев, как я заворачиваю хлеб с мясом и сыром, чтобы взять с собой, я мучить его не стала, пояснила сразу:

— Это Аните. Она наверняка проспит и не успеет позавтракать. Будет потом ходить, животом бурчать. Это сильно отвлекает от занятий.

— Понятно, – усмехнулся он и попытался поцеловать.

Пришлось собрать все силы, чтобы не поддаться. Но уж больно он неподходящее время выбрал. Стоит только на минуточку отвлечься – и все, соблазнюсь ненароком, первый день занятий пропадет, хорошо еще, если к концу успеем. Но даже если одним поцелуем ограничимся, то Анита точно останется без завтрака, и вот тогда жизни окружающим не будет. Так что я ловко извернулась и побежала в общежитие.

Как я и думала, подруга еще сладко спала в обнимку с очередным увесистым томиком, и разбудить ее оказалось непросто. Пришлось пригрозить, что вылью полный кувшин воды, так удачно стоявший прямо рядом на тумбочке. Не знаю, что Аниту испугало больше – мокрая постель или испорченная книга, но подскочила она тут же, бросила взгляд на часы, охнула и суматошно начала одеваться. Пока она собиралась, торопливо жуя мои бутерброды, я просмотрела упавшую книгу, на обложке которой изображен мужчина, чем-то похожий на Рихарда, каким тот будет лет через десять, и белокурая прелестница с такими пышными формами, что я поневоле ощутила зависть. Да, обложка весьма заманчивая! Но вот содержимое… Большей чуши я в жизни не видела. Такое впечатление, что автор свято уверен: единственное, что нужно для соблазнения женщины – это картина в спальне. Блондинки сразу теряют способность сопротивляться и с восторгом падают в кровать, только успевай приводить. С другой стороны, неизвестно, что там за картина, может, с гипнотическим эффектом, уточнений не было.

— Читаешь всякую ерунду, а потом утром тебя не поднять, – попеняла я. – Было бы еще хоть интересное что-то.

— Автор – лорийский король, – с восторженным придыханием сказала Анита.

— Чтобы король написал такую чушь? – не поверила я. – Делать ему нечего, что ли?

— Из-за этой книги он с королевой поругался, в Лории книгу запретили, тираж изъяли и уничтожили, – делилась подруга. – Я поэтому и не удержалась, купила. Вдруг в Гарме тоже запретят. Представляешь, сколько она будет стоить лет через сто?

— У нас не запретят, – уверенно сказала я. – Поскольку монарх соседней страны выглядит в ней полным идиотом. И как ты такое читала?

— Интересно же, – неуверенно ответила подруга.

— Было бы интересно, если бы ты знала лорийских блондинок. Инициалы в книге наверняка принадлежат тамошним аристократкам, а может, и не только. Без этого данная книга неинтересна совсем.

Я небрежно положила томик на тумбочку, Анита проводила его взглядом и разочаровано вздохнула. Даже не знаю, к чему относился ее вздох: к тому, что поняла бессмысленность покупки, или к тому, что не дочитала. Но долго переживать все равно не получилось, так как времени до начала занятий оставалось немного – мы еле-еле успевали на лекцию. Но только попасть на нее мне было не суждено: у входа в аудиторию караулил Гюнтер. Я притворилась, что его не замечаю, и попыталась пройти мимо, но он вцепился в мой рукав и заныл: