Книга Хозяйка Красного кладбища, страница 125 – Дарья Гущина

Конечно, он всё слышал. Но и о хозяйствовании у меня тоже вопросы есть.

— И я хочу послушать, – мама внимательно посмотрела на Блёднара. – Мне, надеюсь, можно?

— Ты давно выбрала свой путь, Рёдна, – кивнул он. – И сворачивать с него не собираешься. Ярь передаст тебе мои слова. Или же мы отдельно вечером поговорим.

«Я против! – не слишком уверенно засвистел Ярь. – Завет старшего смотрителя – знания вместе с посохом! В смысле, по-настоящему с посохом – с достижением звания! Ну или за шаг до него. Но не раньше. Не настолько раньше, Блёд!»

— Ярь, то, что тебе запрещено, мне разрешено, – усмехнулся Блёднар и макнул в подливку очередной блин. – Я всего лишь средний смотритель и никаких клятв прежнему старшему, к счастью, дать не успел. Протестуй сколько хочешь. Но на всякий случай напомню, что Сажен, в отличие от нас, в деле и знает больше. И если он считает, что Рдяне важно узнать тайны старших сейчас, значит, это необходимо. Сегодня. И ни днём позже.

Ярь недовольно засвиристел-засопел, но возражений не нашёл.

Завтрак был очень вкусным и заслуживал большего почтения, а не стремительного поглощения, – но. Дела. И, едва Блёднар вытер усы и кликнул Дарика, на улице зазвучали голоса чёрных смотрителей.

— Беги, – мама собрала посуду. – Перекус я вам с Блёднаром в сумки положила, чай и воду во фляги налила. Обед принесу. Ты не против, если я… чем-нибудь своим займусь? Что мне ближе? Корень высажу там, где вы почистили и за стеной на всякий случай…

— Спасибо за завтрак, – я обняла её. – Делай что хочешь. Не хочешь с невостребованными возиться – не надо, сами потом уберём. Но за стену – только с Ярем. Про плащ помнишь? Только с Ярем. И проверь ещё святилище. А дальше – что хочешь. Если праховые будут – я сама провожу и уберу склепы.

— Или я, – мягко вставил Блёднар, скармливая сонному псу остатки вчерашних гадов.

Дарик по-прежнему много спал и восстанавливался – спасение хозяина ударило по нему сильнее, чем казалось. Пёс то часами носился по лесу, то весь день спал в корзинке у очага и утром просыпался позже нас. Убегался вчера…

— О, хорошо, – мама с облегчением улыбнулась. – За стеной лес пока чистый, потом корень высадим – вам Ярь нужнее. А я по вашим следам пойду. Подлечу покалеченное. Уберу мёртвое. И святилище сейчас проверю.

— Рдянка! – крикнул в окно Черем. – Выходи работать, соня!

— Иду, Чер!

Минуту – собраться, минуту – обняться. И за плесень.

— Начнём, пожалуй, – Блёднар бросил в ближайшую серую тварь светло-рыжее праховое пламя, – с посоха старшего смотрителя и амулета ищейца. По сути своей это вещи одного порядка. Близкородственные. Имеющие схожую природу. Вспомни, когда ты хоронила Зордана и Добряну, амулеты ищейцев были на них, так?

— Да, – кивнула я, уничтожая свою плесень. – И дед говорил, что ищейцев без амулетов хоронить нежелательно. Вот если в завещании покойника сказано, что без – тогда без, а если нет – то амулет обязателен.

— А почему? – встрял Черем.

Брат и сестра крутились поблизости и слушали с явным любопытством. Да, причин многих вещей мы не знаем, нам просто говорят, что так надо, а почему именно так – вопрос. Ответом на который мы редко интересуемся.

— Ищеец – это дух, это призвание, это определённый набор качеств, – объяснил Блёднар. – Без них амулет не заработает как надо или не заработает вообще. Амулет не создаёт ищейца. Он дополняет, усиливает его качества и защищает. Собственно, первые амулеты создали именно для защиты – чтобы жаждущие непотребных дел нечестивцы не вырезали под корень тех немногих, кто бросал им вызов. А после выяснилось удивительное: у амулета и его хозяина возникает очень мощная связь. Почти… духовная, насколько это понятие применимо к вещи. И когда ищеец умирает, амулет уходит в Небытие вместе с ним, как верный пёс. Не рассыпается прахом, как тело и одежда, а уходит. Вместе, повторюсь, с ним. Становится частью его души.