Книга Невеста проклятого короля, страница 17 – Виктория Рейн

Кайран встал на ноги через пять дней. Рана затянулась, оставив на руке длинный розовый шрам — единственное напоминание о том, что он едва не умер. Чешуя исчезла с лица, вернув ему почти человеческий облик. Но по ночам я видела, как она проступает снова — на плечах, на шее, когда он думал, что я сплю. Я не спала. Я смотрела на него и вспоминала тот поцелуй. Мы не говорили о нём. Ни разу. Кайран был вежлив, отстранён, почти холоден. Он благодарил меня за заботу, но держался на расстоянии вытянутой руки. И я не знала — боялся ли он, или стыдился, или сожалел. А может, ему было всё равно. Через неделю после охоты во дворец начали съезжаться гости. — Ежегодный бал масок, — объяснила Эльза, распаковывая очередное платье — на этот раз алое, с золотым шитьём и маской из чёрных перьев в комплекте. — Все лорды и леди королевства собираются во дворце. Король показывает свою силу и богатство. А также — новую королеву. — Меня? — Вас, ваше величество. Впервые за три года бал состоится. После смерти королевы Элинор король отменил все праздники. А теперь… — она запнулась. — Теперь он хочет показать, что жизнь продолжается. Или что у него снова есть жена. Я не сказала этого вслух. Бал должен был состояться через три дня. Всё это время дворец гудел, как потревоженный улей. Слуги мыли окна, чистили люстры, развешивали новые гобелены. Из кухни тянуло корицей и шафраном. Сапожники приносили туфли, портные — платья, ювелиры — украшения. Меня переодевали трижды на дню, словно куклу. Я терпела. Потому что бал масок был возможностью. Возможностью увидеть лица врагов. Возможностью услышать то, что не говорят при свете дня. И возможностью поговорить с Дамианом — там, где Кайран не сможет подслушать. Бал открылся в главном тронном зале — том самом, где меня венчали и где в меня стреляли. Теперь он был неузнаваем. Тысячи свечей отражались в зеркалах, расставленных вдоль стен. Музыканты играли на хорах — нежную, тягучую мелодию, от которой хотелось танцевать. Гости в масках — серебряных, золотых, с драгоценными камнями и перьями — кружились в вальсе, оставляя за собой шлейфы духов и шорох шёлка. Я стояла на возвышении рядом с троном Кайрана и смотрела вниз. На мне было алое платье с глубоким декольте — Эльза сказала, что так положено, что королева должна сиять. Маска из чёрных перьев закрывала половину лица, оставляя открытыми только губы и подбородок. Волосы были убраны в высокую причёску, утыканную рубинами. Кайран был рядом — в чёрном камзоле с драконьей вышивкой, в маске из кованого серебра, закрывавшей верхнюю часть лица. Из-под маски виднелись его золотые глаза — внимательные, цепкие. — Ты красивая, — сказал он тихо, чтобы никто не слышал. — Я знаю, — ответила я, как тогда, на свадьбе. На этот раз он улыбнулся. Едва заметно. Но я видела. — Будь осторожна, — сказал он. — На таких балах правду говорят только маски. И ложь — тоже. — Вы боитесь, что я узнаю правду? — Я боюсь, что она убьёт тебя. Мы спустились в зал. Гости расступились, кланяясь. Я чувствовала на себе взгляды — жадные, любопытные, полные суеверного ужаса. «Шестая», — шептались за спинами. «Доживёт ли до конца бала?» Я шла с высоко поднятой головой и улыбалась. Первый танец я танцевала с Кайраном.