Книга Ведовская. Говорящая с тенями, страница 53 – Анна Лерн

— Завораживает, не правда ли? - шепнула Ольга, заметив мой интерес. – Эразм* считает, что истинная красота проявляется только в моменты перехода. От жизни к смерти, от плоти к духу.

Дворецкий принял наши пальто, передал их безмолвной горничной, которая, словно привидение, возникла из тени коридора. После чего пригласил:

— Следуйте за мной.

Мы прошли по длинному коридору и остановились у высокой двустворчатой двери. Слуга взялся за позолоченные ручки и медленно распахнул их перед нами. Я шагнула внутрь и на мгновение замерла. Гостиная утопала в густом полумраке, который лишь слегка разгоняли свечи в канделябрах, расставленных по углам.

И в этот момент мой взгляд столкнулся с холодными, как арктическая вода, глазами. Северский.

Я почувствовала, как мой «заслон» завибрировал под натиском его воли. У меня перехватило дыхание. Выражение лица Тайного советника стало жёстким. Он всем видом демонстрировал отчётливое недовольство моим появлением. В этот момент к нам с Гжельской подошёл мужчина средних лет. У него было открытое, даже располагающее лицо и доброжелательная улыбка, но общее впечатление портила какая-то избыточная, почти плотоядная внимательность в глазах. Его кожа казалась слишком бледной и натянутой, словно восковая маска, скрывающая нечто неприятное.

— Ольга Ивановна! Я так понимаю, это та самая Татьяна Фёдоровна Ведовская, о которой вы предупреждали меня?

— Да. Это именно она, - ответила Гжельская, бросив на меня быстрый взгляд, в котором промелькнуло… удовлетворение?

— Григорий Антонович Стоянов, - мужчина поцеловал мне руку, и я вежливо улыбнулась, ощущая, как от его прикосновения по коже пробегает неприятный холодок. - Позвольте мне представить вас моим гостям.

Хозяин дома предложил руку, и мне ничего не оставалось делать, как взять его под локоть. Тайный советник не сводил с нас глаз. Пока мы шли эти несколько метров, я буквально кожей чувствовала его взгляд. Стоянов остановился перед склонившим голову мужчиной и с уважением произнёс:

— Разрешите представить вам: Дмитрий Александрович Северский. А это Татьяна Фёдоровна Ведовская.

Северский коснулся губами моей руки и, выпрямившись, сказал:

— Не могу не выразить искреннего восхищения, сударыня.

В его глазах на мгновение вспыхнула опасная искра. И я вдруг поняла, что он не хочет, чтобы нас считали знакомыми.

Григорий Антонович повёл меня по комнате, представляя остальным. Кроме нас с Ольгой и Тайного советника в гостиной были ещё две семейные пары: чопорный барон фон Риттер с супругой, прибывшие из Варшавы, и чета промышленников Марковых из Одессы.

После короткого обмена любезностями Стоянов предложил мне вина. Я взяла бокал и, отступив в угол к огромным напольным часам, принялась наблюдать.

Несмотря на то, что Ольга что-то увлечённо рассказывала, на лице Северского застыла маска ледяного безразличия. Было невооружённым взглядом заметно, как она млеет перед Тайным советником. Я поднесла бокал к губам и едва не поперхнулась, так как дверь открылась, и комнату вошёл мужчина-альбинос. Этот человек был пугающе, почти сверхъестественно красив. Бледная, как тончайший фарфор, кожа казалась почти прозрачной в свете свечей. Идеально уложенные и стянутые сзади в хвост волосы отливали чистым серебром. На новом госте был тёмный костюм из дорогого бархата, который еще сильнее подчеркивал ослепительную белизну лица. Но самыми поразительными были глаза необычного нежно-фиалкового оттенка, обрамленные густыми белыми ресницами.