Книга Ведовская. Говорящая с тенями, страница 145 – Анна Лерн

Серафима шмыгнула носом и, кивнув, уткнулась в моё плечо. Я же надеялась, что она всё поняла как надо, и мы не столкнёмся с проявлением Тьмы в будущем. Хотя прекрасно понимала, что борьба за душу девочки затянется не на один год.

Вот так, обнявшись, мы просто молчали некоторое время. Между нами появлялось доверие, что не могло не радовать.

Послышались быстрые шаги, и в комнату вошёл полковник.

— С Евдокией Семёновной всё в порядке. Ушибла плечо, испугалась. Но, слава богу, это всё. Её сейчас на ярмарке добрые люди отпаивают рябиновой настойкой с горячими пирогами, - обрадовал он нас.

Я с облегчением выдохнула. Жива. Добрая женщина жива. Это было самое главное.

— Что будем делать с этим? - Родин кивнул на Арсения. – Завьялов без сознания?

— Да. Отвезём Арсения в имение. Я попробую вытащить из него Павла. Зовите извозчика, пусть поможет перенести его в экипаж.

Вскоре карета уже неслась по разбитой дороге в сторону имения. Родин сидел напротив, придерживая бесчувственного Арсения, чтобы тот не сполз с сиденья на очередном ухабе. Фима находилась рядом, глядя в окно. Девочку пришлось взять с собой.

Когда экипаж остановился у дома Завьяловых, Родин вышел первым. Он быстро взбежал по ступеням и дёрнул ручку входной двери. Заперто. Присев перед замочной скважиной, полковник достал отмычки и после нескольких секунд манипуляций дверь поддалась.

— Фима, подожди нас здесь, хорошо? В дом заходить нельзя, - я внимательно посмотрела на девочку.

— Хорошо, Танечка. Я буду ждать, - тихо ответила малышка, послушно сложив ручки на коленях.

Я спрыгнула с подножки на сырую землю и жестом показала извозчику, чтобы тот вытащил из кареты Арсения. После чего поднялась к главному входу. Родин уже вошёл внутрь, а через минуту раздался громкий возглас:

— Матерь Божья!..

Я переступила порог, и в нос тут же ударил сладковатый металлический запах. Мне пришлось задержать дыхание, чтобы подавить внезапный приступ тошноты. Прямо в холле на полу лежала служанка. Голова женщины покоилась в огромной луже уже потемневшей, загустевшей крови.

— Отнесите Завьялова в гостиную, - приказала я нашему вознице. И тот, стараясь не смотреть на покойницу, поволок его к открытым дверям.

Когда мы с полковником остались одни, он крепко связал Арсения, а я придвинула стул к дивану, на котором он лежал. Мне ужасно не хотелось соприкасаться с этой липкой агрессивной злобой, что свила гнездо внутри молодого офицера. Но это была моя работа.

Я закрыла глаза и сосредоточилась, посылая мысленный импульс в глубину сознания Арсения. Внезапно он резко распахнул глаза, и на меня уставилось нечто злое и расчётливое.

— Павел? – уточнила я, хотя прекрасно понимала: кто передо мной.

Он дёрнулся, но, поняв, что связан, с яростью прошипел:

— Пошла вон из моего дома, тварь!

Я устало вздохнула, стягивая перчатки.

— Вы ведь были интеллигентным человеком... Почтенный глава семейства. И как вы скатились до этого? Неужели вам совсем не жаль своего сына?

Павел оскалился, обнажая зубы в жуткой ухмылке.

— Жаль? Если бы я добрался до алтаря, у меня был бы десяток сыновей и новая жизнь! Я ведь так обрадовался, когда вы здесь появились... Моя дражайшая супруга начала догадываться, что в теле Арсения не совсем он. И приложила все усилия, чтобы запереть его в четырех стенах! А в форме духа много ли сделаешь? Но я всё рассчитал! Вы должны были избавить это место от моей «любящей» женушки, а я, окончательно заняв тело сына, становлюсь новым хранителем алтаря! Но вы разрушили мою мечту… мою жизнь… Будь ты проклята, ведьма! - почти выплюнул «подселенец», и его голос сорвался на визгливый фальцет.