Книга Последний поцелуй вдовы, страница 77 – Лисавета Челищева

— Я пыталась! — вырвалось у нее. — Он не помнит ничего о своей жизни несколько месяцев назад. Они действительно нырнули в ту реку. Думаю, они забыли всё намеренно. Но он всё равно откажется от жатвы! Это не моя вина, что он теперь притворяется святым! Я не знаю, как его спровоцировать, ясно?!

Незнакомец играл с ожерельем в пальцах — тонкая золотая цепочка, на которой висела древняя монета.

— Но он же не последний Жнец, верно? — добавила Эльвира. — Теперь же есть я. Я хорошо выполняю работу, да? Не зря же вы явились за мной тогда?

Воспоминания нахлынули на нее. Как ее выкрали прямо из той ночлежки на окраине, где она пряталась с Эскаром и его баронессой. Как пауки притащили её в ИУОД. Та темница. Сырые стены, пахнущие кровью и ржавчиной. Как двери распахнулись и вошли слуги Дахмы — в черных масках, с иглами в руках. Они вытащили её, кричащую, царапающуюся. Иглы вошли под ногти, в виски, в самое сердце. Голоса шептали: «Стань одной из нас. Или умри в муках».

Она сдалась. Поклялась в верности. Стала Жнецом, заменив остальных.

— Так… я больше не нужна? — Эльвира сделала шаг назад, но тени уже сгущались вокруг её ног. — Я пойду исполнять свои обязанности дальше. Да?

— Да. Ты больше не нужна.

Фигура подняла руку. Тени ожили — поползли к ней, как змеи.

— Вы не можете убить меня! — её крик разорвал ночь. — У меня есть миссия! Я теперь Жнец!

— Ты выполнила свою работу. Теперь будет только один Жнец. Как и завещало пророчество.

Эльвира успела лишь вскинуть руки. Но тени уже обвили её горло.

И тогда небо почернело. Тысячи черных дроздов хлынули из тьмы, заполняя улицы, заслоняя луну. Их крики слились в один пронзительный вопль, и они ринулись вниз — атакуя всех, кто осмеливался выйти из домов.

* * *

Дворец Собраний остался позади — величественный, холодный, с витражами, отражающими последние лучи заката. Сандрина вышла на мраморные ступени, поправив перчатки. Восемь Домов Совета, восемь взглядов, полных скрытых намерений — всё это уже казалось ей далёким.

А потом небо почернело. Сначала — одна птица. Потом десять. Потом сотни.

Чёрные дрозды кружили над городом, их крылья сливались в сплошную тьму, а крики напоминали скрежет металла.

— Миледи!

Твёрдая рука обхватила её запястье. Амир, её молчаливый советник, уже стоял рядом, лицо непроницаемо, но в глазах — тревога.

— В карету. Сейчас же!

Он не ждал ответа. Ловко подхватил её под локоть, почти не касаясь, словно боясь оставить следы на дорогом шелке её платья.

Сандрина прижала ладонь к груди, чувствуя, как бешено бьётся её сердце.

— Что это?!

Амир ответил не сразу. Его пальцы сжали трость, взгляд скользнул по улице, где люди уже начинали метаться, кричать.

— Похоже… Это пророчество.

— Чьё?

— Церкви Будущего. В «Книге Уробо́роса» сказано, что город погрузится во мрак под крыльями чёрных дроздов, когда в Восьми Туманных Землях останется лишь один Жнец.

Сандрина резко повернулась к окну. Один из дроздов ударился в стекло — клюв, крылья, чёрные глаза, полные безумия. Она вскрикнула, отпрянув.

— Значит… это сбывается?

Амир кивнул.

— Похоже на то.

За окном уже слышались первые крики и распространяющиеся слухи. В тавернах уже шептались, что за последние месяцы никто не видел Жнецов. Ни теней в переулках, ни контрактов, подписанных кровавыми чернилами.