Книга Сундучок мертвеца, страница 70 – Дарья Гущина

Заводить ходики почаще?

Я опустила справочник и решила:

— Раз ты помогала отцу и теперь умеешь писать, на тебе ревизия всех ремесленных запасов. Кроме моих — свои я знаю. А остальное — что в мастерских, что в тайниках — проверь, подсчитай и запиши. Хотя бы знакомое и с пометкой, где лежит — номер мастерской, номер шкафа, сундука или тайника, номер отделения, ящика или полки. Начинай завтра или послезавтра. Сегодня просто читаем и пишем.

— Сделаю, — тут же отозвалась Тайя. — Можно убирать?

— Да, — я почистила наговором фартук и перчатки, а справочник для идей взяла с собой. Подумать.

После ужина надо передать сведения силду Шутнару, а потом меня неизбежно затянет в отцовские бумаги, которыми Горюша уже заполнил два сундука. Но пока всё готовится, надо подумать.

Я проснулась посреди ночи от знакомой дёргающей боли в левой руке и сразу же скатилась с кровати.

Горюша!

На левом запястье вспухли сине-жёлтые метки, а от них протянулась мерцающая нить. Я сжала её в ладони и быстро-быстро зашептала успокаивающие и расслабляющие наговоры. Нить задрожала, и наговоры поползли по ней крупными каплями — от меня к питомцу. Тише, мой хороший, тише, потерпи... Я сейчас приду и принесу твой домик... И ни один шторм тебя там не достанет. Мы это уже не раз проходили, помнишь? Успокойся. Успокаиваемся, Горюшка...

Нить перестала ранить и тянуть запястье, но по опыту я знала, что надолго змея не унять. Его первобытный страх перед стихией сильнее любых наговоров, а раз он улетел прятаться — шторма не за горами. Рановато вроде. Но природное чутьё змея никогда не подводило.

Я едва успела схватить штаны, как нить снова натянулась. Перекинув штаны через плечо, я ощупью добралась до сумки — и меня резко дёрнуло, протащив по коридору до входной двери. И то хорошо, иногда сразу в окно — закрытое... Поначалу всякое бывало. Но мы опытным путём выяснили, что нить привязки тянет меня чётко по следам Горюши, и змей, какой бы паникой его ни накрывало, очень старался удирать в тайник, минуя окна и опасные преграды.

У двери мне удалось отправить по нити ещё с десяток успокоительных наговоров. Горюшка снова притих. Я быстро влезла в штаны и сапоги, перекинула через плечо сумку, сняла защиту и, шепча утепляющие наговоры, выскочила на крыльцо. И окунулась в ледяной туман. Усиленное тепло заискрило на одежде, защищая и от сырости, и от холода. Надеюсь, хватит. Наговоры доходят до змея быстро — значит, он поблизости. Добывать из шкафа плащ или куртку времени уже нет.

Мерцающая нить терялась в густой серой хмари — к счастью, пока неподвижной. Я сбежала по ступенькам и торопливо, наматывая на запястье нить, последовала за ней. Через сад, петляя между деревьями и кустами. К ограде, попутно сняв с неё защиту. И на ограду, без труда взобравшись по щербатым камням. Вернула защиту на дом. Огляделась, но тщетно — в таком тумане я саму себя не видела. И уже не понимала, в какой стороне находится дом.

Куда же ты забрался на сей раз? Чем тебя домашние тайники не устроили?

Предупреждая очередные рывки, я направила по нити ещё с десяток успокоительных наговоров, а потом достала из кармана сумки зелье и подбросила его в воздух. Короткий наговор — и округу осветила вспышка. Туман на миг разошёлся ветхой тканью, и я чётко увидела свой дом. И соседский. И невольно выругалась.