Онлайн книга «"Л" значит Лили. Часть II»
|
Холод его пальцев чувствовался даже сквозь ткань пальто. И такой же холод был в его глазах — затянутых окклюментными щитами, словно выстывших изнутри. Она покачала головой: — Это все слышали, Сев. Они сказали это на весь зал, прямо со сцены. А потом... потом убили одного из актеров, — нахмурившись, он отступил на шаг, и она сглотнула — вчерашний вечер словно ожил перед глазами... тот бедняга — как он пятился по сцене, а потом вскрикнул и схватился за живот... — Его убили только за то, что он сыграл Слизерина. За смех, за глупые шутки... Не пощадили никого — женщину, которая сидела передо мной, аврора, который пытался их остановить... Берта сказала, что он скоро погибнет, и ему дали выходной... а он... он в театр пошел... По лицу Северуса пробежала судорога. Что-то шевельнулось в глубине этих выстывших глаз, и он отступил еще на шаг и резко отвернулся. Сгорбился, словно придавленный невидимой тяжестью, и сказал — очень тихо, через силу выталкивая из себя каждое слово: — Я... не знал. Клянусь, Лили, я не знал. Только что чистокровных спровоцировали и началась драка, не... не об остальном, — он склонил голову еще ниже — загрязнившиеся волосы закрыли шею, сосульками свисая на воротник серой рубашки. — И про Повелителя — в «Пророке» этого нет, там другое написано, и если ты начнешь всем рассказывать... Да еще и этот снимок на первой странице. Ты будто нарочно бросаешь ему вызов, понимаешь? Уже во второй раз, если считать то зелье для Блэков — даже не знаю, смогу ли я теперь... Он осекся и замолчал. Лили моргнула — так он, выходит, ничего не знал? В «Пророке» написали, что в театре была драка, но умолчали обо всем остальном? И... стоп, он всерьез считает, что кто-то из Упивающихся захочет ей отомстить? Кто-то вроде того человека в черном или женщины, наколдовавшей череп? — И что ты собираешься делать? — спросила она — и сама поразилась тому, как спокойно прозвучал ее голос, хотя руки похолодели, а кровь набатом застучала в ушах. Он вздрогнул, словно пробуждаясь ото сна, и неохотно сказал: — Наложу на твой дом защитные чары. Сигналку я поставил, ты почувствуешь, если кто-то подойдет слишком близко. А вот с барьером вечером придется еще поработать. В соседнем доме скрипнула дверь. В утренней тишине этот звук прогремел как пистолетный выстрел, и Лили обернулась, но Северус успел первым. Оттер ее плечом — по щеке словно прошлась наждачка, он застыл с палочкой в руке, и его спина закаменела; Лили почувствовала это сквозь жесткую ткань рубашки, ощутила напряжение в каждой его клеточке... А потом он выдохнул и почти ощутимо расслабился. Через мгновение послышался лай, и мимо пронеслась коротколапая пегая молния — уши, как у домового эльфа, отчаянно виляющий хвост... Ступефай, пес миссис Моуди. А вот и она сама... гримаса — точь-в-точь как у Петуньи, обнаружившей на кухне дохлую мышь. Седые букли были тщательно уложены, впалые губы поджаты, узловатые пальцы цепко держали самоудлиняющийся собачий поводок; Лили невольно поежилась от скользнувшего по ней осуждающего взгляда, но пожилая дама уже пронеслась мимо, и даже ее спина, казалось, излучала неодобрение. Северус обернулся — на его лице застыло хмурое, озабоченное выражение. — Давай договоримся так: вечером я заскочу к тебе и поставлю остальную защиту — после того, как кое-что проверю. И заодно доделаю сигналку, чтобы не включалась на любое намерение, — он кивнул вслед миссис Моуди — та уже умчалась далеко вперед, и ее прямая, статная фигура скрылась в тумане. — В том числе и на такое. Ты сейчас на работу? |