Книга "Л" значит Лили. Часть II, страница 101 – otium

Лили недоуменно сощурилась — но ничего не успела сказать, потому что в этот миг дверь лаборатории распахнулась и с такой силой шарахнула об стену, что содрогнулся весь косяк.

— Майлан! Ты опять за ними следил? Идиот тыквоголовый, сколько раз повторять, что это опа... — и взволнованный голос осекся на полуслове.

То есть? В каком это смысле — следил? За кем, за кем-то опасным? Она перевела глаза на вошедшего — на пороге стоял молодой белобрысый аврор с острым носом и модными усами «под Крауча». Под убийственным взором Майлана он смешался и замолчал, но тут на плечо Лили легла тяжелая ладонь.

Эдди подошел сзади — как всегда, бесшумно.

— У нас свидетельница, Фрэнк. Она видела убийцу Вирджила Эшли. Все до мельчайших подробностей — и само убийство, и как Долохов поставил барьер на зрительный зал...

— Долохов! Так это был он?

Теперь на Лили уставились уже двое: Майлан — изумленно и в то же время настороженно, белобрысый аврор — так, словно увидел перед собой привидение.

Пальцы на ее плече ободряюще сжались.

— Да. И она пережила эту встречу. Лили, это Фрэнк — Фрэнк Лонгботтом. Фрэнк, это Лили Эванс. Твой анонимный свидетель.

— Анонимный? — приподняв брови, он переступил порог и наконец-то закрыл за собой дверь.

— Да, — Эдди махнул широкой лапищей в сторону думосбора. — Там сейчас полная версия. А в склянке рядом — копия. Сокращенная и обезличенная. Проверь, не забыл ли я чего, — и он легонько подтолкнул Фрэнка к своему столу, на котором мягко светилось содержимое большой каменной чаши.

По лаборатории поплыл густой, влажно-терпкий аромат свежезаваренного чая. Лили повернула голову — Майлан колдовал над пузатым фарфоровым чайником. Потом аккуратно закрыл жестяную коробку с яркой этикетной и небрежным мановением руки отправил ее в нижний ящик.

Кажется, у нее еще оставались сдобные котелки... Да, так и есть — целая упаковка, даже не початая. Лили превратила запасную склянку с песком в широкую плоскую тарелку и выложила на нее шоколадные кексики. Отнесла к столу Руби — Майлан благодарно кивнул, разливая дымящийся чай по чашкам.

Подошедший к ним Эдди взял котелок с мятной глазурью. Повертел его в руках, задумчиво уставившись на аквариум — его обитатели давно уплыли по своим делам, и только Кассандра продолжала дрейфовать туда-сюда вдоль передней стенки. Потом отправил котелок в рот и отряхнул ладонь от крошек. За его столом сидел Фрэнк — склонился над думосбором, опустив голову в каменную чашу; его шея напряглась и покраснела, на спине отчетливо вырисовывались мускулы, а скрюченные пальцы впились в подлокотники массивного дубового кресла.

— Не бойся, — сказал Эдди, скользнув взглядом по Лили. — Фрэнк — надежный человек, он умеет держать язык за зубами. И уже давно мечтает посадить Долохова. А остальные увидят только обезличенную копию того, что случилось в фойе. По этому обрывку тебя никто не узнает. Разве что на суде придется выступить, да и то — назовешь свое кодовое имя и должность, а внешность изменишь. Одна из привилегий работы в Отделе...

— Думаешь, дело дойдет до суда? — Майлан протянул ему чашку с нарисованным на боку фениксом. Проснувшаяся птица потянулась, захлопала огненно-алыми крыльями.

— Думаю, да. Она такие чары на себя навела — этот скот даже не заметил, что в фойе кто-то есть. А щит! Представляешь, она поставила щит от Гнилой порчи. Братьев Прюэттов, между прочим, спасла, — расчувствовавшийся Эдди легонько хлопнул ее по плечу, и Лили пошатнулась. От похвалы заполыхали уши и зачесался кончик носа — Северус бы точно начал ругаться, что она в самое пекло полезла...