Книга Попаданка. Седьмая казнь дракона, страница 71 – Лилия Тимолаева

— А сейчас знаю не всю.

— Никто из нас не знает.

Мы прошли дальше. Канал сузился, и Сайлас оказался впереди. На опасных участках он протягивал мне руку, хотя путь не требовал прежней осторожности. Я принимала её без объяснений. Юна замечала эти движения, но вопросов не задавала.

После первого поцелуя между нами не возникло ни неловкого молчания, ни удобной возможности забыть случившееся. Сайлас следил, не усилилась ли боль в моей руке. Я ловила каждую перемену серебряных следов на его коже. Забота больше не скрывалась под необходимостью союза.

Через несколько минут мы достигли внутренней решётки. За ней проход поднимался к дворцу, но замок был покрыт чёрными знаками.

Юна перебрала ключи.

— Раньше их не было.

Я вынула клинок.

— Значит, Мерод изменил защиту после исчезновения района.

— Подожди, — сказал Сайлас.

Он приблизил ладонь к знакам. Чёрные линии потянулись к его пальцам, а серебристый след на запястье загорелся.

— Замок связан с цепями. Если ударишь клинком, он решит, что началась казнь.

— Тогда что предлагаешь?

— Общий знак.

Я положила ладонь на рукоять. Сайлас накрыл её своей, и красная линия прошла по лезвию. Мы одновременно коснулись замка плоской стороной клинка.

Закрытый глаз проявился поверх чёрных знаков.

Решётка открылась.

Юна посмотрела на наши руки.

— Значит, надпись под городом говорила правду. Вы можете освободить Аурем только вместе.

— Мы ещё не знаем, какой ценой, — сказала я.

— Но уже знаем, что Мерод лгал о казни, — ответил Сайлас.

За решёткой начинался круглый тоннель. По его стенам двигались световые потоки: золотые, красные и чёрные. Они шли в сторону дворца, не смешиваясь, словно каждый нёс отдельную часть времени.

Мы последовали за ними.

Гул усиливался. Временами мне казалось, что внутри него звучат голоса южного рынка: обрывки разговоров, звон посуды, детский смех. Они повторялись через равные промежутки и обрывались на одном месте.

Юна прижала ладони к ушам.

— Это люди?

— Их прожитое время, — ответил Сайлас. — Мерод забрал район, но не уничтожил полученную силу.

— Значит, их можно вернуть? — спросила я.

— Если время ещё хранится в механизме.

Мы ускорили шаг.

Тоннель закончился у просторного зала под дворцом. Я ожидала увидеть ритуальную площадку или источник, похожий на нижнее святилище. Сердце чёрного солнца оказалось сложнее.

В центре вращались три огромных кольца. Внешнее было золотым и соединялось каналами с районами Аурема. Среднее состояло из тёмного металла, покрытого именами хранителей. Внутреннее кольцо светилось красным и удерживало чёрную сферу размером с человеческий рост.

Над сферой висел перевёрнутый силуэт города.

Южного района в нём не было. Вместо домов в чёрную сферу стекал золотой поток, наполненный крошечными сценами. Я увидела торговца, поправляющего башенку выпечки, девочку у фонтана, женщину, открывающую ставни. Каждая картина проживала несколько секунд и возвращалась к началу.

— Он хранит район внутри солнца, — прошептала Юна.

Вокруг механизма стояли четыре высокие колонны. От них золотые нити тянулись к узкому креслу на возвышении. Подлокотники сохраняли отпечатки пальцев, а спинка была покрыта символами жизни и времени.

Сайлас подошёл к креслу.

— Вот зачем Мерод встречал каждый конец дня во дворце.