Книга Попаданка. Седьмая казнь дракона, страница 70 – Лилия Тимолаева

Увидев нас вместе, девушка остановилась. Её взгляд скользнул от лица Сайласа к нашим рукам. Я ожидала испуга, однако Юна лишь выдохнула с облегчением.

— Вы живы.

— Пока да, — ответила я. — Гектор сказал, ты исчезла после площади.

— Я ушла раньше, чем Мерод приказал запереть дворец. Мне показалось, что вы пойдёте к старым проходам.

Она протянула мне плащ.

— Руту узнают на каждой улице.

Я накинула ткань поверх одежды и скрыла рукоять клинка.

— Почему ты нам помогаешь?

Юна посмотрела на чёрное солнце над аркой.

— Потому что я помню ваш балкон.

— Какой?

— Тот, где вы просили меня удержать фразу до рассвета. Я не вижу весь разговор. Только вашу руку, чёрные линии на улицах и слова о неподвижном солнце.

Я переглянулась с Сайласом.

— Утром ты ничего не помнила, — сказала я.

— Утром нет. Обрывки пришли после того, как вы отказались от казни. Потом я вспомнила, как бросила церемониальный плат в огонь. Это произошло сегодня, но мне кажется, что я делала так раньше.

— Сегодня ты действительно бросила его, — ответил Сайлас. — Другие картины принадлежат прежним повторениям.

Юна побледнела, однако не отступила.

— Значит, вы говорили правду.

— Да.

— И Мерод знает.

— Он создавал и менял петлю, — сказала я. — Нам нужно попасть в сердце ритуала под дворцом. Ты знаешь путь?

Юна крепче сжала ключи.

— Служебные лестницы перекрыты. Есть старый водный ход из дома смотрителей. Рута запрещала им пользоваться, но оставила мне ключ от внутренней решётки.

— Прежняя Рута?

— Она сказала открыть ход, если однажды город потеряет южный рынок.

Сайлас нахмурился.

— Рута знала, что Мерод сможет отдавать районы чёрному солнцу.

— Или видела это в одном из ранних повторений, — предположила я.

Юна повела нас через двор. Мы вошли в пустой дом, где на стенах висели схемы каналов. В полу под широким столом находилась каменная крышка. Один из ключей вошёл в боковое углубление, и плита сдвинулась.

Перед спуском Юна оглянулась на улицу.

— Мои родные живут в западном квартале, — сказала она. — Если следующий удар придётся туда…

— Мы доберёмся до механизма раньше, — пообещала я.

Слова прозвучали увереннее, чем я чувствовала. Юна всё равно кивнула и первой спустилась в темноту.

Лестница вывела в сухой канал. Здесь не было воды, только тёплый ветер шёл со стороны дворца, неся металлический гул. Стены светились тонкими линиями, которые пульсировали в одном ритме с чёрным солнцем.

Мы двигались быстро. Юна знала повороты, но дважды останавливалась, словно вспоминала направление из другой жизни. На третьей развилке она коснулась стены и закрыла глаза.

— Здесь была решётка, — произнесла она. — Вы стояли по ту сторону и просили меня не звать стражу.

— Я не помню такого повторения, — сказала я.

— Возможно, это происходило с Рутой, — предположил Сайлас.

— Нет. Вы назвали себя Агатой.

По спине прошёл холод.

Моя память охватывала семь казней до разговора с Сайласом и все дни после. Я не встречала Юну в этом канале.

— Петля хранит больше вариантов, чем мы помним, — сказал он. — Отказ мог освободить следы прежних линий времени.

— Или Мерод не возвращал нам каждое повторение целиком, — ответила я.

Юна открыла глаза.

— Я тогда испугалась и позвала Гектора. Если это случилось, простите.

— Ты не знала правды.