Книга Сила госпожи Бесовой, страница 175 – Алла Эрра

В какой-то момент, не выдержав, я выгнала всех взашей. И на их место стала набирать людей, которых тоже жестоко наказал Господь. Так моё поместье и стало домом для обездоленных калек. Но неймётся людишкам. Вместо сочувствия теперь нас в ведьмовстве обвиняют. Надеюсь, я полностью удовлетворила ваше любопытство?

— Вполне, — кивнул Саблин. — Но прошу вас всё же дать нам возможность досмотреть дом. Поймите, ни в коем случае не хочу унижать вас недоверием, только моя служба подразумевает подробные отчёты в бумажной форме. И если что-то упущу в расследовании, то начальство будет недовольно.

— Минуточку, — недовольно проговорила Когтева и вышла из комнаты.

— Бесноватая? — прошептал мне Юрий.

— Точно нет, — вынесла свой вердикт я. — Но выглядит реально как ведьма. Очень неприятное зрелище.

Баронесса вскоре появилась и разрешила нам осмотреть усадьбу. Мы облазили всё, только никаких следов ни Аглаи, ни её похитителя найти не удалось. Ещё раз извинившись за вторжение, покинули странную усадьбу. Ехали молча. Явно не только у меня, но и у Юрия внутри сидел червячок сомнения.

— И всё же, здесь что-то нечисто, — наконец-то, не выдержал он. — Правда, не могу понять, что именно. Кажется, что готов огульно обвинить несчастную женщину во всех грехах. Как-то стыдно и неуютно…

— Испытываю то же самое чувство, — призналась я. — Уж больно баронесса, несмотря на свою обиду к людям и явную спесь, не по баронски выглядит.

— Поясните, Ирина Петровна.

— Платье мятое. Словно давно в сундуке лежало. Понимаю, что возраст и увечья, но Татьяна Гавриловна пахнет нехорошо. И дело даже не в немытом теле, а в опредёлённом душке от него, с примесью хлева. А руки? Такие бывают у крестьянки, постоянно копающейся в земле, но никак не у благородной особы.

— Думаете, это подделка, а не Когтева?

— Нет, Юрий Александрович. Уж больно речь правильная, грамотная. Да и такие гонор с манерами не один год воспитываются. А вам что не понравилось?

— Наличие всего лишь двух полудохлых кобыл. Хотя по всем признакам в конюшне три лошади обитают. Спросил у одного из слуг, и он подтвердил это. Одна недавно с зерном на мельницу отправилась. Да вот только свежих следов телеги у ворот не было видно. Зато есть отпечатки копыт у калитки на заднем дворе, но там с повозкой не протиснуться. Значит, был верховой всадник. У местных об этом тоже спросил. Все божатся, что одну из тех лошадок, что в стойле стоят, на выпас выводили. Почему одну, а не две?

— Да. Это странно, — согласилась я. — А что наш следопыт об этом говорит?

— Ничего. Там столько грязищи, что следы размыты сильно. Есть подозрение, что баронесса не просто так из комнаты выходила. Что, если она предупредила подельника об обыске?

— Тогда после нашего отъезда он должен вернуться в усадьбу.

— Вполне возможно, но…

— Тихо, — резко прервала я ротмистра и замерла.

Взгляд Зверя, полный ненависти и вожделения, достал меня даже через стенки кареты. Я чуть было не задохнулась от злобы, направленной в нашу сторону. На ходу выскочив из экипажа, огляделась по сторонам. Никого… И резко исчезло присутствие одержимого.

— Что с вами, Ирина Петровна? — тревожно спросил Саблин.

— Теперь ничего. Но стоит проверить вон те кусты примерно в ста шагах от дороги. Там, кажется, кто-то был.