Книга Моим детям нужна мама! Слабонервных прошу не беспокоить!, страница 4 – Ольга Обская

— Как пожелаете, — кивнул он, будто прекрасно всё понял, но галантно сделал вид, что не понял ничего. — В таком случае располагайтесь в гостиной.

Он проводил её в просторную комнату и исчез с видом человека, который точно знает, что грядёт нечто интересное.

Гостиная произвела приятное впечатление.

Высокие окна в дубовых рамах, камин с изящной кованой решёткой, элегантные кресла, обитые бархатом глубокого бордового цвета. Здесь отовсюду веяло благородной стариной. Казалось, у каждой вещи есть своя история.

Эвелина медленно прошлась взглядом по комнате. На стенах — картины. В основном живописные виды Лиреи. Кто-то из предков Греймонта явно обладал художественным вкусом.

Но внимание Эвелины неожиданно привлекло не это.

На каминной полке стояла мраморная фигурка лисы — миниатюрная, с шикарным хвостом. От неё исходило ощущение живости, словно лиса только притворяется каменной и вот-вот подмигнёт. Именно такие вещички и придают интерьеру свой особый неповторимый характер. Уж кому, как не Эвелине, дизайнеру интерьеров по образованию, это знать.

Она едва удержалась от желания рассмотреть фигурку поближе. Но нет, благоразумнее ничего не трогать, когда находишься в доме человека, которого молва наградила не самыми лестными эпитетами.

Эвелина уже собиралась мирно опуститься в кресло, когда воздух разрезал пронзительный детский визг.

Настолько отчаянный, что сердце Эвелины ухнуло в пятки.

Не раздумывая, она бросилась в коридор — туда, откуда доносился крик.

На бегу едва не сбила напольную вазу, вцепилась в стену, чтобы не поскользнуться, и вылетела к приоткрытой двери, за которой виднелся странный свет — слишком рыжий для зимнего вечера.

Эвелина вбежала в комнату и увидела нечто, чего уж никак не ожидала увидеть.

Небольшая софа была охвачена пламенем, с которым боролась маленькая девочка в розовом платьице. Оружием ей служил графин с водой.

Вот и он.

Мужчина, о котором шептался весь остров.

И, надо признать, шептался не зря.

Высокий, подтянутый, в стального цвета сюртуке, который безупречно сидел на широких плечах.

Ни одна сплетница Лиреи не преувеличила — Эйден Греймонт действительно был красив.

Но не той слащавой красотой, которой обладают изнеженные светские бездельники, а красотой знающего себе цену человека — опасной и притягательной, от которой лучше держаться подальше, если не хочешь приключений на свою голову.

Эвелина сомнительных приключений не хотела, поэтому и не собиралась пристально изучать этот образец мужской привлекательности. Ей ведь только письмо вручить. Но всё же небрежным взглядом по нему скользнула. Заметив и отметив несколько деталей.

Его тёмные волосы чуть вились у висков, а одна из прядей густой шевелюры неожиданно была гораздо светлее. Глаза — серо-стальные, пристальные, внимательные. Из тех, что не просто смотрят, а оценивают, взвешивают… и при необходимости выносят приговор.

Он просто стоял в проёме, почти неподвижно, но пространство вокруг, казалось напряжённым и намагниченным.

Всё в нём — осанка, разворот плеч, пронзительный взгляд — говорило о власти. Безусловно, этот человек привык приказывать. Не повышая голоса. И, судя по всему, привык, чтобы его слушались даже мебель и сквозняки.

Эвелина вдруг поймала себя на мысли, что представляла встречу с ним совсем иначе. Как-то более скучно и прогнозируемо, а не вот это всё: пожар, её героическая борьба со стихией при помощи собственного пальто, визжащие дети.