Книга Моим детям нужна мама! Слабонервных прошу не беспокоить!, страница 33 – Ольга Обская

Эвелина тоже подняла взгляд:

— Да. Вы же с этого начали. Так почему же он вас выгнал?

Вэн-Чан невозмутимо пожал плечами.

— Почему… Да просто однажды я нечаянно пересолил еду.

Патти замерла на секунду.

Эвелина замерла тоже.

А в следующее мгновение кухня наполнилась их звонким смехом.

__________________________________

Дорогие читатели!

С Новым годом!!!

Пусть новый год принесёт исполнение желаний, как в легенде о Зиме, которую читала детям Эвелина. И пусть всегда находится время на чай, плед и ещё одну главу:)

Эвелина любила удачные утра, а это оказалось особенно удачным. Во всяком случае, до того момента, когда произошла обескураживающая развязка.

Долгое время она пребывала в том чудесном настроении, когда мир кажется дружелюбным, мысли — светлыми, а кофе — необыкновенно вкусным. Кофейные посиделки с Патти и Вэн-Чаном, восточная легенда с неожиданным финалом, мягкий зимний свет за окном — всё это сложилось в ощущение правильного, тёплого начала дня.

Добавляло оптимизма и то, что ёжик продолжал вести себя исключительно добропорядочно и не доставлял хлопот — просто спал. Эвелина лелеяла надежду, что он впал в зимнюю спячку, как ему и положено.

После завтрака она решила, что это преступление — упускать такое замечательное настроение и такую замечательную погоду. Ночная вьюга улеглась, будто её и не было. Снег лежал ровный, искристый, солнце светило по-зимнему честно — не грея, но радуя. Воздух был свежий, бодрящий, такой, что хотелось дышать глубже.

Помня о строгом запрете Эйдена выводить детей в людные места, Эвелина решила, что двор особняка — вполне подходящая территория для приключений. Тем более что снега там было достаточно, а опасностей — ровно столько, сколько нужно для весёлой игры.

— Будем лепить снеговика! — объявила она близнецам, когда они вышли во двор.

Лайла восторженно захлопала в ладоши и тут же принялась комментировать, каким он должен быть: высокий, добрый, с красивым лицом и обязательно с ушами. Максимилиан без слов включился в дело — и к удивлению Эвелины, с большим энтузиазмом.

Они катали снежные комья, толкали их, смеялись, падали в снег и снова поднимались. Лайла щебетала без умолку, а Максимилиан был необычно живым и подвижным — даже смеялся, когда снежный шар неожиданно уходил в сторону.

Вскоре возле входа в особняк вырос снеговик: три пузатеньких шара, ветки-руки, угольки-глаза и рот, морковка-нос. Он получился немного кривоватым, но невероятно добродушным.

— Ему нужна шляпа! — вынесла вердикт Лайла.

Эвелина мысленно перебрала варианты и решила, что отлично подошло бы, например, ведро. Вспомнив про хозяйственную постройку на заднем дворе, она дала близнецам задание:

— Слепите нашему снежному человечку уши. А я поищу ему головной убор.

Она направилась к флигелю.

Даже хозяйственная постройка у Греймонтов выглядела не как сарай, а как маленький замок — основательный, строгий, с каменными стенами и тяжёлой дверью. Эвелина вошла внутрь — и вдруг услышала приглушённый голос. Будто кто-то разговаривал в одной из комнат флигеля. Она невольно прислушалась…

Фредериксен.

Её манеру говорить трудно не узнать.

Однако голоса собеседника слышно не было. Мегера что, разговаривает сама с собой?

Любопытство толкнуло Эвелину пройти на цыпочках по коридору вглубь.